Разведёнка

Этого еще не хватало. Сейчас она была так зла, что сейчас ей было плевать на всех, и больше всего на Белого козла. Кристина поправила юбку, отряхивая колени от налипшей трухи и мелких камешков, выпрямилась и проговорила, глядя ему прямо в глаза:

- Да. Я спешу, - и сделала шаг.

Трудно далось ей. Ноги подкашивались, содранные коленки саднили, но все же куда больнее было внутри, где все тряслось и клокотало от злости и досады.

- Далеко собралась? - спросил Белый.

Холодный голос сочился ядом. Он оглядел ее с ног до головы, губы презрительно скривились, а в глазах столько самодовольства, что Кристину передернуло. Она еще больше выпрямилась, подобралась. Никакой расхлябанности, больно, трудно - плевать! Отточенным движением откинула прядь с лица, шагнула, и ноги не дрожали больше.

- В кино, представь себе.

Шаг, еще шаг. Красиво ходить на каблуках она умела. Пройти мимо него не останавливаясь, не обращая внимания, как изменяется, загорается странным огнем его взгляд. Пусть катится нах***.

- Не так быстро. Крис-ти-на.

Сказал, как бетонную плиту перед ней обрушил. Она невольно замерла, а воздух словно загустел, с трудом проходил в легкие. Его взгляд тяжелый, давящий, непонятный. Кристина тряхнула головой, сбрасывая с себя наваждение:

- У меня нет времени. За мной должны заехать, пропусти, - проговорила, вскидывая подбородок.

И тут он покачал головой и захохотал.

- Заехать? Я думаю, нет.

И снова этот тихий смех, дробный, словно горошины по бархату. Издевательский. Только открыла рот спросить, что он имел в виду, как у нее снова зазвонил телефон.

- Ответь, - хмыкнул Белый, кивая ей.

Какое-то нехорошее предчувствие закралось. Кристина вытащила телефон из сумочки, глянула на экран. Звонил Антон. Честно говоря, теперь ей стало за него неспокойно."

"- Да? - спросила осторожно.

- Кристи! - голос у Антона был возбужденный и расстроенный. - Слушай, тут мне какой-то чудак въехал в бочину! Прикинь, почти добрался, каких-то метров двести осталось!

Дальше немного смазано, видимо Антон прикрыл рукой трубку, чтобы ей не было слышно, как он ругается с досады. Потом он высказал в сердцах:

- Прости, Крис, я тут надолго застрял. Боюсь, что вам придется идти без меня.

По голосу видно было, что ему досадно, но джентльмен остается джентльменом. Кристина проговорила мягко:

- Ничего страшного, сходим в другой раз. Андранику перезвони, скажи, отбой.

Разговор прервался, а в глубине души опять это предчувствие неприятное. Но, стоило взглянуть на Белого, как он презрительно усмехался, как горели злостью его холодные бесцветные глаза, она все поняла.

- Я же сказал, спешить тебе некуда.

Боже... Какой он гад! Как она его в этот момент презирала и ненавидела!

Это же все он подстроил. И авария... Обидно стало за Антона, за свои разбитые колени.