Отбор вне правил

Растёрла веки, пытаясь понять, где вообще нахожусь.

— Я же будил тебя полчаса назад, — с укором произнёс стоящий в дверях моей спальни Дамиан.

— Да? — медленно села."

"— Дамиан эль Грэйс, — представился он, приблизившись к журналистке. — Брат Камиллы и её сопровождающий на отборе, — он нагнулся, чтобы запечатлеть на ладони Майи короткий поцелуй.

— Уверена, с таким сопровождением чести претендентки ничего не угрожает, — томным голосом проговорила она.

Улыбку на лице становилось держать всё сложнее. И так хотелось пнуть в зад стоящего передо мной мужчину. А потом ещё попинать. Словно ощутив мелькающие в моих мыслях кровожадные образы, Дамиан обернулся. Будто идеальности фигуры недостаточно, он был хорош и лицом. Высокие скулы, светло-карие миндалевидные глаза в обрамлении чёрных пушистых ресниц. На квадратной челюсти идеальная бородка, придающая облику мага лукавый вид.

— Не сомневайтесь, Майя, я не спускаю с сестры глаз, — Дамиан подал мне руку.

С неохотой положила на неё ладонь и двинулась с ним по ковровой дорожке к главному входу.

— Смотри, изотрёшь губы, если будешь лобзать каждую женскую ручку на отборе.

— Ты никак ревнуешь? — ухмыльнулся Дамиан. — Не волнуйся, тебя я ни за что не обойду стороной.

— Ты ужасно играешь, — сообщила «брату», уже откровенно скривившись. Надеюсь, он шутит.

— А ты переигрываешь, — хмыкнул.

Мимолётно он с силой сжал моё запястье, вызывая вспышку боли и сумятицу в мыслях. Карие глаза просветлели, в них мелькнули электрические вспышки. И будто маска его облика приподнялась, напоминая о том, что я иду под руку с опасным человеком, способным без колебанйи прервать мою жизнь.

— Возможно, ты забыла, что, если провалишь отбор, ничего тебя не спасёт. Отправишься прямиком на плаху, — ровно произнёс он, а через секунду улыбнулся в глазок подлетевшего магвижена.

— Я помню, — процедила, силой воли заставляя сердце успокоиться.

Кто бы знал, каких трудов стоило вновь вернуть на лицо маску жизнерадостной претендентки для нового снимка.

Наше знакомство с Дамианом вышло весьма запоминающимся. Как сейчас помню, я была прикована цепями к стене в камере и ожидала новостей. Холод, тьма и голод не прибавляют девушке настроения. Особенно, когда она третий день подряд проходит допросы в одном и том же платье. На тот момент оно висело на мне бесформенной чёрной тряпкой, разорванное и утратившее свою былую красоту.

Дверь камеры открылась, являя незнакомого мужчину. В отличие от меня, он был идеален. Но мне было слишком плохо, чтобы разглядывать его внимательно. Незнакомец смотрел на меня с превосходством и брезгливостью, словно увидел полуживого жука, размышляя о том, прихлопнуть его сразу или дать помучиться.

— Камилла Даст, — жёсткая усмешка сорвалась с его уст.