Отбор вне правил

Работа была в полном разгаре, пропалывали делянки с овощами, обрабатывали плодовые посевы. Возле ягодных кустов я заметила фигуру матери.

— Остановите! — закричала и, наверное, выпрыгнула бы из кареты на ходу, если бы Дамиан не удержал меня за ворот платья.

Повозка остановилась, и я выскочила наружу. Побежала вперёд и легко перескочила через низкую ограду. Белокурая и синеглазая, как я, она почти не изменилась за эти годы, что мы пробыли в разлуке. Мама обернулась, словно почувствовав меня, а потом сорвалась с места и побежала мне навстречу. Я спотыкалась. Слёзы застилали взор. Мы налетели друг на друга и крепко обнялись.

— Камилла, девочка моя, — причитала она, судорожно водя ладонями по моим волосам и спине. Временами отстранялась, оглядывая моё лицо и снова крепко обнимала.

— Мама, мама, это Камилла? — послышалось со спины. Нас окружило трое детей одиннадцати, восьми и пяти лет.

— Да, Камилла, вернулась, — громко всхлипывая, произнесла она.

Тут к нам подлетел отец, черноволосый и сероглазый, в отличие от белокурого семейства. Он стиснул нас с мамой в медвежьих объятиях, громко смеясь.

Я взглянула на подошедшего к нам Дамиана и протянула к нему руку, чтобы он подошёл. Мне предстояло познакомить семью с моим женихом и рассказать свою историю. Мой путь к счастью был долог, сложен и опасен, но он стоил того, чтобы его пройти. Я вернула семью, обрела давно потерянный дом и встретила любимого.

— Люблю тебя, — прошептала, когда смогла вздохнуть.

— И я люблю тебя, моя Ками.

В груди разлилось щемящее чувство тепла. Я бесконечно любила своего мужчину и даже через годы млела от его поцелуев и ласк. Уверена, так будет всегда: я, он и безграничное счастье, которое мы строим вместе.

Конец."