7
0Но логичной вся цепочка выглядела при одном условии — если Настя говорит правду. А его мать солгала и хотела убить его детей.
Тоже бред. После того, как он ее в этом обвинил, Аврора два часа прорыдала, и ей пришлось вызывать «неотложку» — гипертонический криз.
Тагаеву уже до смерти надоело с ней бодаться. Особенно когда Аврора начала издалека пытаться обратно свести его с Арианой.
Рассказала ему об этом сама Ри. Позвонила и попросила повлиять на мать.
— К чему все эти телодвижения, Тагаев? Если они с твоей подачи, давай встречаться и разговаривать. Если это личная инициатива Авроры, пожалуйста, огради меня от нее.
Здесь его терпение лопнуло окончательно.
— Еще одна попытка вмешаться, и я отправлю тебя на остров одну, — предупредил он мать. — Я просил не лезть в мою жизнь, мама.
— Но, сынок, я хочу, чтобы ты был счастлив, — запричитала та. — Дети еще не все, ты же мужчина, тебе нужна жена.
— Мне, мама. А не тебе. Вот мне это и оставь, — не выдержал он и чуть не проговорился. Потому что никого на данный момент рядом с собой не представлял.
Разве что за исключением одной-единственной. Матери своих детей.
Там вообще был полный мрак. Тагаев поражался, какая перемена произошла с Настей после того, как отпала необходимость скрывать от него его отцовство. И понимал, что совсем ничего не знает об этой девушке.
Сейчас была отчетливо видна разница между «той» Настей и «этой», нынешней. «Та» Настя казалась ему насмешливой, ехидной и невыносимой, но оказалось, что это была лишь маска. Защитная реакция.
Она до одури боялась, что Артур заберет у нее детей, если о них узнает. И это вгоняло его в полный тупик.
Настя не хотела, чтобы он знал о детях. Она делала все, чтобы он не узнал. Она не собиралась его шантажировать детьми и выбивать на них финансирование. Их встреча на стадионе была чистой случайностью. В салоне тоже.
А значит он мог прожить всю жизнь, так и не узнав, что у него есть два сына и дочь.
И от этого крышу сносило полностью.
Сейчас Настя очень изменилась. Ее взгляд стал холодным и равнодушным, как будто у нее батарейка села. А ведь он, идиот, надеялся, что ей небезразличен. Особенно, когда поцеловал ее на берегу моря в тот вечер, когда окончательно убедился, что это именно та Настя.
Они вышли все вместе. Дети с рюкзачками и их равнодушная к Тагаеву мама. Дети поздоровались нестройным хором и, как ему показалось, с преувеличенной вежливостью."
"Значит опять Настя проводила с ними беседу на тему «Папа не виноват, он правда ничего не знал». Снова охватила привычная злость. Лучше бы о детях сказала, а не вот это все.
— Я положила им пижамки, зубные щетки и расчески, — сказала Настя ровным голосом.
— Я говорил, что не нужно.
