Останься со мной

Сердце моментально ускоряется, а мозги отключаются. Кое-как отвязываюсь от внезапно прицепившегося коммерческого. Он вещает о необходимости аудита, а я таращусь на свою машину и отвечаю невпопад. Какие аудиты? Какие встречи? Отвалите от меня все!

— Да-да, непременно займусь этим, — не слишком вежливо обрываю разговор и слетаю по ступеням.

Мне требуется все мое мужество и выдержка, чтобы достойно пройти через парковку — ровным шагом, с высоко поднятой головой и взглядом короля мира, а не вприпрыжку, хлопая кожаным чемоданом по ляжке.

Мне пофиг на все. Я скала. Оплот здравого смысла и еще чего-то там.

Нервными руками вытаскиваю конверт из-под дворника, отдираю край и достаю квадратную бумажку. Простую, из канцелярского блока. На одной стороне небрежно написано карандашом «Мистеру Размороженному», на второй «я согласна»

И вот стою я посреди парковки, комкаю в кулаке кусочек бумаги и улыбаюсь, как конченый придурок. Сотрудники проходят мимо меня, подозрительно оглядываясь. Наверное, решили, что я тронулся умом — сначала гонял всех в хвост и в гриву, а теперь лыбится, словно блаженный. Не иначе как очередную гадость задумал.

На самом деле я просто счастлив, что эта рыжая-нерыжая, наконец, сказала мне «да». А еще пытаюсь заново научиться дышать. Странное состояние, будто наконец добился того, о чем мечтал всю жизнь.

Я звоню ей. Начинаю издалека:

— Как там Макс?

— В саду.

— А младшенький?

— Ты хотел сказать младшенькая? — нагло усмехается Вознесенская.

— Может, все-таки сын?

— Дочь! — припечатывает она, — чего звонишь?

— Получил твое послание.

— Не понимаю, о чем речь.

— Лер-ра, ты специально меня доводишь?

— Да. Ты такой хорошенький, когда злишься и пышешь жаром.

— Очень смешно, — у меня сейчас лицо треснет от улыбки, — Давай проясним один момент. Я правильно понял… Ты согласна на мое предложение?

— Да, Барханов. Согласна.

— Это Ирина Борисовна тебе хвост накрутила?

— Мама здесь не при чем. Я просто… — она внезапно становится серьезной. Голос от волнения срывается и звенит, — я просто действительно хочу быть с тобой. Потому что люблю. Но мне чертовски страшно. Вдруг ты опять… Я тогда чуть с ума не сошла, и повтора точно не вынесу.

— Нет, Лер. Никаких вдруг и опять, — я понимаю ее страх, и удавиться хочется из-за того, что я стал его причиной, — Ты прости меня за прошлое.

— Хорошо, Демид. Только больше не делай мне больно, — Еж убирает свои острые иголки, раня в самое сердце своей беззащитностью.

— И вправду любишь?

— Люблю, — обречено.

— И я тебя.

От автора: Вот и закончилась история огненного Ежика и холодного Демида. Надеюсь, мне удалось его немного разморозить, и дальше он уже справится сам.