2
0Наконец Кфир собрал все свое мужество и отрывисто сказал, как будто безрассудно бросался в холодную горную реку:
– Я люблю вашу дочь. И она любит меня. Я хочу просить ее руки. Тем более что скоро Зуса родит вам внука.
Старик приподнялся, опираясь на локоть, его брови сурово сдвинулись. Казалось, он хочет взглядом прожечь ученика насквозь. И это ему почти удалось – Кфир почувствовал, что толстая накидка дымится на животе.
– Ты влез в постель моей дочери? Она понесла от тебя?
– Могло ли быть иначе? Ведь мы жили вместе несколько лет. И полюбили друг друга. Думаю, что вы все знали… Ведь вы читали Книгу Судеб?
– Читал.
– Как? Что со мной будет?! – помертвелым тоном спросил юноша.
– Тебя разорвут на части, – произнес Мар-Самуил совершенно обыденным тоном, словно отвечал на вопрос, что будет сегодня на завтрак.
– Кто?! – Кфиру чуть не стало дурно. На лбу выступил холодный пот. – Дикие звери? Хищники?
– Нет. Самые обычные лошади…
– Уф, – юноша перевел дух и вытер пот, успокаиваясь. Старик спросонья говорит всякую ерунду. Лошади не едят людей и не рвут их на части… Значит, на его последней странице написано вовсе не это!
Образ Мар-Самуила расплылся, Кфир подумал, что он превращается в льва или тигра, чтобы немедленно растерзать наглеца.
– Вставай, Кфир, пора ужинать!
С замиранием сердца он открыл глаза. Но это была не Зуса, а Эсфирь. Он бы уговорил старика, и если бы не подвернулась дочь Бенциона, то сейчас безвестного ученика будила бы дочь Мар-Самуила. В маленьком домике у Нижних ворот… Так что дело не в Эсфири!
Глава 5
Пир в Ершалаиме
В просторном зале было шумно.
"В свое время Кфиру несколько раз приходилось сопровождать примипила Авла Луция на римские пиры, но до триклиния[21] он никогда не доходил – ожидал с другими рабами у ворот. Раб центуриона Кезона, которому частенько приходилось выводить из зала своего напившегося хозяина, рассказывал, какие богатые угощения стоят на столах.
