Цеховики, валютчики, спекулянты…
– Да-а-а, – только и ответил Студент, разглядывая зеркальную витрину, лепнину у входа и солидных мужчин, перед которыми похожий на генерала швейцар угодливо отворял двери.
«Нам так не жить, – с горечью подумал он. – Даже если чемодан капусты накосить, и то сюда не сунешься…»
Вскоре они подкатили к самому настоящему Зимнему дворцу, который в кинофильмах столько раз штурмовали рабочие и революционные матросы.
– Хватит башкой вертеть, приехали! – сказал Весло. – Вон касса, вон вход. Ты иди, я за углом подожду…
Выстояв часовую очередь, Студент вошел в Эрмитаж.
– Гля, какие они были маленькие, эти рыцари! – прозвучал сзади густой бас. – Я бы такого недомерка одной левой…
– Хвастайся больше! – прозвенел серебристый женский голосок.
– Сравнила! Я ж тогда пьяный был!"
"Студент подошел к правой стене, вдоль которой тянулась железная витрина с толстым синеватым стеклом. Бронированное! Он заглянул в витрину. На бархатной подстилке лежали в ряд финки, похожие на зековские заточки, стальная перчатка, какие-то кресты, цепи… Но ищущий взгляд сразу выхватил то, что искал. «Рыцарский перстень» – написано на табличке. Темный ободок, страшная распяленная морда, в пасти зажат черный камень.
Студент наклонился почти к самому стеклу. Странная огранка – будто чешуйки змеиной кожи выходят одна из-под другой. Проникающего сквозь бронестекло света хватало, чтобы играть в них крохотными разноцветными огоньками. Да, несомненно, это фартовый перстень Седого! Студент был в этом уверен, хотя и не смог бы объяснить – почему. Может, потому, что сам ощутил его магическую силу и даже не мог оторвать взгляд! Вдруг в глубине камня зажглась и стала постепенно разгораться красная точка, превращаясь в бордовый шарик.
Неожиданно кто-то тронул его за плечо. Студент вздрогнул всем телом, как будто его внезапно разбудили. Где он? Резко оглянулся, не сразу поняв, что вокруг. Ах да, Эрмитаж… Перед ним стояла маленькая сухонькая старушка-смотрительница. Бабулька испугалась его реакции и выпучила бесцветные глаза.
– Простите ради Бога! – пролепетала она. – Я не хотела вас напугать.









