9
0
Когда мы открыто подходили к поселению, я видел человеческие следы, снег был утоптан, покрыт сухими ветками, травинками, замерзшими каплями крови и клочками шерсти. И это наполнило меня надеждой. Люди ходили за дровами, охотились и носили в поселение охапки травы для лошадей. Все говорило о том, что поселение выжило за время моего отсутствия и продолжает бороться. Стена оставалась на месте — неповрежденная, все такая мрачная и неприступная на вид. В небо поднимался дымок от кухонной печи — знать, Нилиена с кухарками готовят ужин.
Радостная эйфория продлилась недолго."
"Первый укол беспокойства кольнул меня, когда за тридцать шагов от стены не последовало окрика от стражи, никто не поднял тревогу, завидев движение в ущелье. И вот я стоял неподалеку от безжизненной стены и по-прежнему не видел признаков движения. А от высокой стены веяло нечто предупреждающее и грозное. По-прежнему смотря вверх и не торопясь поднимать шум, я шагнул еще ближе к стене и приложил латную перчатку к холодному камню. И дернулся от едва заметных мелких уколов. Словно кто-то вонзил в мою руку сотню иголок, но вонзил очень неглубоко, едва проколов кожу. Выждав несколько мгновений и оторвав руку от стены, я несколько раз сжал пальцы, разминая ладонь. Отец Флатис постарался… окурил стену дымом, прочел молитвы, и теперь гранит источал едва заметную силу Создателя. Но не настолько сильную, чтобы повредить мне.
— Слышите, господин? — встрепенулся стоящий у меня за плечом Лени. — Голоса! Во дворе говорят.
— Скорее, кричат, — буркнул я, прислушавшись к доносившимся до нас голосам. — Какого Темного происходит?!
Деловито протиснувшись между мной и Лени — словно не мог обойти нас стороной, — гном прильнул ухом к камню и застыл в этой странной позе. Постоял так с минуту, затем повернулся ко мне с встревоженным лицом и затараторил:
— Во двор кричать! Сильно! Много людей и гном кричать! Слышать голос Койна! И Рикара! И еще много другой голос, не знаю, чей! Оченно сильная ссора!
— Твою м-мать! — зло выговорил я. — Они что, совсем ополоумели? Стражи и той нет! Окажись здесь сейчас шурды… — Я с шумом набрал в грудь воздуха и, подняв лицо вверх, яростно завопил: — Эй! Стража! Стража, мать вашу так! Стража! Да хоть кто-нибудь отзовитесь!
Тишина… Меня попросту не услышали. Что же это за ссора такая, поглотившая внимание всех без исключения?!
— Подождать, друг Корис! — остановил меня гном, суетливо копаясь в сумках.
Выудил оттуда два камня неправильной формы, тщательно осмотрел их, отбросил тот, что поменьше, и вновь зарылся с головой в сумке. Когда Тикса вынырнул в следующий раз, то держал в руке уже другой камень.
— Сейчас! — заторопился коротышка.
