2
0
И тогда, в качестве компенсации, истребовать с нее оплату этого дорогостоящего лечения для Сеньки. Интересный ход. Очень интересный. И очень подлый, если это действительно так.
Сами ли они до этого додумались? Или кто-то из моих «доброжелателей» им подсказал такую идейку? А может, это вообще была какая-то многоходовочка от кого-то из Гильдии? Вопросов было больше, чем ответов.
Я тяжело вздохнул и взял со стола папку с историей болезни моей новой пациентки — Захаровой Антонины Павловны. И в задумчивости пошел на обход.
По пути я пробежал глазами историю болезни.
Госпитализирована для обследования и решения вопроса об оперативном лечении. Ничего конкретного, никаких явных красных флагов. Стандартный набор для пожилой пациентки.
Я зашел в палату номер пятьсот три. Она была, как и большинство палат в нашем хирургическом отделении, переполнена. Из шести коек были заняты все шесть. Женщины разных возрастов, со своими болячками, страхами и надеждами.
— Здравствуйте! Кто из вас Захарова? — Я постарался, чтобы мой голос звучал как можно более бодро и ободряюще.
Женщина, лежавшая у окна, невысокая, полноватая, с добрыми, но немного усталыми глазами, подняла руку.
— Это я, господин лекарь.
Я подошел к ней.
Машинально потер запястья, где холодным металлом ощущались гильдейские браслеты. Они как будто немного давили, напоминая о моей безмагичности. Ну что ж, без «Сонара» и «Искры» придется проводить осмотр по старинке, как в прошлой жизни. Классическими методами, основанными на знаниях, опыте и внимательном наблюдении.
Ничего, мне не привыкать. Иногда это даже интереснее.
— Здравствуйте, Антонина Павловна, — я улыбнулся ей. — Я ваш лечащий лекарь, Илья Разумовский. Рассказывайте, что вас беспокоит?
Она начала свой рассказ. Жалобы были типичными для желчнокаменной болезни. Периодические, довольно сильные боли в правом подреберье, особенно после жирной или жареной пищи. Тошнота, иногда доходящая до рвоты, не приносящей облегчения. Горечь во рту по утрам. Общая слабость, быстрая утомляемость.
Я внимательно слушал, задавал уточняющие вопросы. Выяснилось, что подобные приступы беспокоят ее уже несколько лет, но в последнее время они стали чаще и интенсивнее.
Она тогда не придала этому особого значения, списав на «что-то с печенью». Ага, вот это уже интересно. Похоже на эпизоды механической желтухи.
Закончив расспрос, я приступил к осмотру. Кожные покровы обычной окраски, склеры чистые. Язык обложен беловатым налетом.
