Выглядели они точно так же, как на старинном портрете, который Алекс и Глория недавно обнаружили в подвале особняка. Их тощие, бледные лица, казалось, были сотканы из туманной дымки, которая мерцала и переливалась в черных зеркалах, медленно меняя свои очертания.
– Госпожа Корделия, – глухо проскрипел голос со стороны левого зеркала, – как мы рады видеть вас в добром здравии. Столько лет минуло с нашей последней встречи.
– Многое изменилось, господин Готель, – ответила Корделия. – И здоровье мое с некоторых пор не такое крепкое, как прежде.
– Мы слышали о том, что с вами произошло, – сказала старуха Готель.
– Неужели?
– Слухи расходятся очень быстро, даже здесь…
– Что привело вас в Норд-Персиваль? – осведомился мертвый колдун. – Уж не почтить ли нашу память вы явились? Знаю, мы состояли в одном круге, но друзьями точно никогда не являлись. Только партнерами. – Он рассмеялся скрежещущим смехом.
– Я сожалею о том, что с вами произошло, – печально произнесла Корделия. – Но вы сами виноваты, не так ли? Наши опыты проходили в подземельях императорского дворца.
– Сделанного не воротишь, – сказал старик Готель. – Но вы правы. Мы сами виноваты в случившемся.
– Я рада, что скоро мы будем отомщены, – злорадно проговорила старуха Готель. – У нашего дела появился достойный продолжатель.
"– Об этом я и хотела спросить вас, – подала голос Корделия. – Сохранились ли ваши записи об экспериментах? Барон Клайд тоже совершил немалый прорыв в исследованиях. Возможно, объединив усилия, нам удастся завершить этот эксперимент.
– Записи сохранились, – ответил старик Готель. – Они в нашей книге заклинаний, которую Кастлер прячет в старой лаборатории. В стене по правую сторону от двери есть тайник, который бунтовщики не сумели обнаружить. Достаточно надавить в нужном месте на половицу, и скрытая панель отъедет в сторону. Там лежит наша книга и еще кое-какие мелочи. Я буду очень рад, если вы заберете все себе, ведь при жизни я уважал барона Клайда.
– Ты слышал? – Глория пихнула Алекса в бок.









