Мой лунный эльф или как не влюбиться по уши

Наверняка, у Торэта с Элистаром нахватался всех этих терминов."

"– Тебе, Лерка, пора научиться хвостатого слышать. Он, бедолага, старается, кричит, зовет, пробивается к тебе, а ты… Безнадежно глухая. И с Ланиэ вам надо, наконец, принять друг друга, эльф правильно говорит. Иначе передача магии невозможна, – вещал стрекозел, разгуливая по одеялу перед самым моим носом.

С утра пораньше.

– А сам-то. Вы с ней постоянно ссоритесь, чуть ли не деретесь. Как кошка с собакой.

– Не знаю, как там ваши коты с собаками себя ведут, – хмурился мелкий.

 – Наверняка те заслужили. Так ведь, серый? А у нас с Ланиэ давние счеты. Но я, между прочим, стараюсь. И ты давай тоже. Что ж делать, если боги подкинули партнера с такой вот ллах… гм… наури? Придется работать с тем, что имеем.

– Мря… – неизменно соглашался Марр, уползая поглубже в недра постели.

Спелись, голубчики.

Им-то что? До обеда, пока лекции не закончатся, все равно никто беспокоить не станет.

– Ты приглядись к Лани повнимательней, – добавлял Хан, ободренный поддержкой приятеля.

 – Она вообще-то неплохая… несмотря на то, что стерва. Я вот думаю, а не пригласить ли ее сюда на пару ночей? Поспим все вместе… В интересах дела, разумеется. А что, неплохая мысль, верно, серый?

– Мррр.

Кот лениво щурился, стрекозел мечтательно улыбался и как-то по-особому пристально принимался изучать кровать, подушку и почему-то ширму в углу, а я в очередной раз ужасалась открывающимся перспективам. Спать с феечкой, которая подопечную своего бесценного эльфа откровенно невзлюбила, подозревает во всех смертных грехах и не скрывает этого? Я же однажды просто не проснусь.

Нет, мне собственного спанка достаточно, второго я не выдержу.

В общем, трудностей хватало.

Тем удивительней, что каждый новый день я встречала с нетерпением и лихорадочным, радостным предвкушением. Мне нравилось заниматься – слушать лекции, беседовать с Элистаром, тренироваться с Торэтом. И даже отношения с однокурсниками потихоньку налаживались. Ко мне привыкли, перестали раздраженно коситься и перешептываться за спиной, хотя по-прежнему почти не разговаривали.

Даже Йонетт плевался ядом уже через раз и неизменно пристраивался на переменах к нам с Ноаром. Пусть при этом и делал вид, что я его по-прежнему не интересую. Разве что так… самую малость.

А самое главное, мне очень нравилась лунная магия. Я словно знакомилась с другой Лерой, до этого спавшей где-то глубоко внутри. Прежде мне неизвестной, непривычной, порой странной и непонятной, но такой… правильной, необходимой.