6
0
– Почему?
– Эта книга слишком… – она помахала рукой в воздухе, как будто подыскивая нужное слово, – несерьезная.
– Я не могу читать несерьезную книгу?
– Ну конечно, можешь. Просто я не могу представить себе, чтобы ты читал ее по собственному желанию.
– Почему же?
Гонория подняла брови:
– Ты говоришь так, как будто оправдываешься.
– Мне любопытно. Почему я не могу по собственной воле читать что-то несерьезное?
– Не знаю. Это же ты.
– Почему это звучит как оскорбление? – с любопытством спросил он.
– Нет. – Она взяла еще кусочек пирога. И тут произошло нечто странное. Гонория посмотрела вниз и одним быстрым движением языка слизнула с губ крошку.
Движение заняло меньше секунды, но Маркуса охватило волнение, и он вдруг осознал – это желание. Горячее, всепожирающее желание.
– С тобой все в порядке? – спросила она.
Нет.
– А что?
– Мне показалось, я задела твои чувства, – призналась она. – Если так, прими мои извинения. Я не хотела тебя обидеть. Ты хорош и такой, какой ты есть.
– Хорош? – Какое вежливое слово.
– Это лучше, чем нехорош.
Любой другой мужчина в этот момент схватил бы ее и продемонстрировал, насколько «нехорошим» он был, и Маркус был достаточно «нехорошим», чтобы подробно вообразить эту сцену. Но он все еще не оправился от почти смертельной болезни, не говоря уже об открытой двери и матери Гонории, находившейся скорее всего рядом. Поэтому вместо этого он только спросил:
– Что еще ты принесла мне почитать?"
"Это направление беседы гораздо безопаснее, особенно после того, как он провел большую часть дня, убеждая себя, что поцелуй не имел никакого отношения к желанию. Всего лишь случайность, временное помешательство, вызванное сильными эмоциями.
К несчастью, только что этот аргумент отправился к чертям. Гонория села поудобнее, а это значило – ее спина оказалась ближе к… его спине, или, если быть точным, к его бедру. Между ними были еще одеяло и покрывало, не говоря уже о его ночной рубахе и ее платье, и одним небесам известно, что еще там на ней надето, но, Боже, он никогда еще так остро не осознавал, как близко к нему находится другое человеческое существо.
И он все еще не мог понять, как такое случилось.
– «Айвенго», – произнесла она.
О чем она?
– Маркус? Ты слышишь меня? Я принесла тебе «Айвенго». Сэр Вальтер Скотт. Посмотри-ка, разве это не интересно?
Он моргнул, уверенный, что что-то пропустил. Гонория открыла книгу и пролистала страницы к началу.
– На книге нет имени автора. Нигде не могу найти. Здесь написано только «от автора „Уэверли, или Шестьдесят лет назад“». Посмотри, даже на корешке.
Он кивнул, ведь именно это от него, кажется, и ожидалось. Но в то же время он не мог оторвать глаз от ее губ, сжатых в виде розового бутона, как обычно, когда она думала.
