Сердцебиение

Зачем я ее привез?! А она не дает мне опомниться, забегает в ванную и что-то кричит про больницу. Оглядываюсь, смеюсь ей в лицо, а сам вновь тону в синих омутах. Боже, ее глаза могут погубить весь мир. Мне кажется, я уже в них утонул и захлебнулся, потому что как ни старался, не смог ее забыть. Босыми ножками ходит по кафельному полу, цепляется за мою руку, смотрит взволнованно на рану. Это просто царапина, а в ее глазах я вижу такое волнение, что смех в горле застревает.

Злата вдруг выбегает из ванной, и через минуту возвращается с аптечкой. Она прекрасно помнит, что и где у меня лежит, словно хозяйка в моем доме.

— Сними футболку, — просит она, закусывая розовые губки. Делаю так, как она говорит, отшвыриваю тряпку на пол. Сажусь на край ванны и наблюдаю за ней. Мне не больно, я не чувствую раны, достаточно было смыть кровь, но мне нравится наблюдать за Златой. Она с такой заботой и аккуратностью обрабатывает мою руку, что мне вдруг действительно становится больно. Щемит где-то в районе груди, от того, что впервые за долгие годы кто-то заботится обо мне. Такая настоящая, красивая, живая. Она пахнет летом и счастьем.

Мое напряжение никуда не делось, мой демон еще не уснул, но она его усмирила, заставила затаиться и просто наблюдать. Она поливает мой порез перекисью и хмурится. Мне не больно, я вообще ничего не чувствую, а Златовласка сводит брови и морщится, как будто больно ей. Дует на рану.

Поднимает на меня глаза, чтобы увидеть мою реакцию. Наверное в этот момент меня сорвало. Я пропал в омуте синих невинных глаз, которые были лучом света в моем темном, кровавом мире. Она дрожащими руками бинтует мое плечо, а я уже трогаю ее золотые локоны, накручивая их на пальцы.

Подношу волосы к лицу и шумно вдыхаю запах полевых цветов. Она замирает, а я уже не понимаю, чей стук сердца слышу — ее или свой. Резко встаю, выхватываю аптечку из ее рук и отшвыриваю ее в раковину, слыша звон баночек и медикаментов. Демон требовал ее ласки и хотел ласкать ее сам. Дергаю ее на себя, не даю опомниться, накрываю ее губы, врываюсь в сладкий рот и прижимаю к себе до хруста в костях. Отрываюсь от нее, смотрю в ее глаза с поволокой и не понимаю, смогу ли остановиться в этот раз.

— Ты понимаешь, что я сейчас с тобой делать буду? — выношу ее из ванной, чувствуя, как она сильнее стискивает мою шею, царапая ногтями. Она кивает головой и прикрывает глазки, не выдерживая моего взгляда. Заношу ее в спальню, кидаю на кровать.

— Не понимаешь. Ничего ты не понимаешь. Зря ты в этот клуб пришла. Сегодня я тебя не отпущу.