8
0Как пояснил Эрн, передавая «девушкам», целый сундучок с моими украшениями, – это защитный амулет.
Волосы тщательно расчесали и закрепили в свободный узел на макушке; такая прическа подчеркнула мою длинную белую шею, сразу ставшую еще более нежной и уязвимой. А открытые ключицы добавили образу трогательности. Хороша!
Преображение продолжалось. Вместо маленьких золотых «гвоздиков», прибывших вместе со мной с Земли, меня попросили надеть длинные сережки в виде капелек на цепочках с черными мерцающими камнями. Тонкую нить с такими же капельками закрепили и на шее. Кисти украсили сразу несколькими браслетами, помимо того, что сделал из подаренных друзьями украшений Эрн.
На ноги я надела мягкие туфли без задников, похожие на мюли. Эрн предупредил, что на семейных встречах все гости босые. Сначала я мысленно хмыкнула: «Зашел на яхту – сними обувь». Оказалось, для усиления родственного духа. Босые ноги – как подтверждение открытости, добрых намерений и понимания, что среди родни нет врагов, все свои. Причем женщинам, в отличие от мужчин, позволено снимать «тапки» лишь в доме, у них «лапки» нежные. Эта занятная традиция плюс роскошный дорогой наряд еще раз напомнили, что мне ко многому придется привыкать.
За моей спиной встал Эрн – великолепный платиновый блондин с серыми глазами, с выступающими клыками, прикусившими полную нижнюю губу. Одетый во все черное, но без цветов на ткани и с серебряными браслетами на руках. Любопытно, что серебро – это металл, а значит, для него оружие, но на встречу с семьей мы идем босые, с «открытой душой».
На миг стиснув в каком-то отчаянном порыве мои плечи и прижав меня к себе, Эрн тряхнул головой, кажется, отбрасывая своих внутренних демонов, взял меня за руку и повел из комнаты. Пожав в ответ ладонь мужа, я забежала вперед, поймала его ставший штормовым взгляд и пообещала, подняв наши руки, чтобы показать черный, пульсирующий в собственном ритме браслет:
– Хочу, чтобы ты верил: я с тобой всегда и во всем. Ведь мы теперь едины. Сам Мирей подтвердил.
– Обещаешь, ведьма? – хрипло потребовал Эрн.
– Клянусь, – заверила я.
В груди потеплело. Магия ведьмы всколыхнулась и осела, кажется… подтвердив и узаконив мою клятву.
Глаза Эрна удовлетворенно вспыхнули. Он вновь поднял наши руки и, поцеловав тыльную сторону моей кисти, глухо с непоколебимой уверенностью произнес:
– Я тоже тебе в этом клянусь, Еля!
– Ты меня пугаешь! Что это за встреча с родственниками, раз ты так волнуешься и взимаешь с меня гробовые клятвы, – упрекнула я мужа.
– Это навсегда, а не перед встречей. Не бойся, Еля, помни: ты хагана, вторая женщина земель горгулов.
– Попробую, – нервно выдохнула я, передернув обнаженными плечами.
