7
0
- Идёмте в сад, - сказала я, вставая так резко, что опрокинула корзину с письмами, и они рассыпались по полу.
- Я помогу, - граф опустился на одно колено и принялся собирать письма, словно ненароком просматривая имена отправителей, написанные на конвертах.
- У вас такой интерес к чужим письмам, - съязвила я, подставляя корзину. – Вы ещё и посмели залезть в почтовый ящик издательства?
- Почему – залезть? – он пожал плечами и небрежно бросил собранные письма в корзину. – Просто попросил главного редактора показать корреспонденцию…
- И они ещё называют себя свободной прессой!
- …нашёл ваше письмо…
- И вскрыли его! – я уже не сдерживала гнева. – Как вы могли?..
Он снова пожал плечами, будто недоумевая, и сказал:
- Просто запомнил, как выглядел конверт, который вы бросили в почтовый ящик, нашёл его, обнаружил отправителем некого мистера Ронбери и воспользовался правом, данным мне королём. Я могу вскрывать любые письма, которые касаются правительства.
- Правительства?! – я повысила голос, но тут же заставила себя говорить тише. – Какое правительство, о чём вы? Это всего лишь новости для провинциальной газеты!
Но граф даже не смутился:
- В прошлой своей статье мистер Ронбери очень неуважительно отозвался о моих… хм… достоинствах. А я, если вам не известно, вхожу в правительство, как хранитель малой королевской печати. Так что мистер Ронбери вмешался в политику, когда написал обо мне. Он изволил посмеяться надо мной, и я посчитал, что это нельзя оставить без ответа.
- Так вы мстите! – возмутилась я. – Как это низко!"
"- Месть? – он задумчиво приставил палец к подбородку, поглядел в потолок, а потом покачал головой: - Ну нет, я не согласен с этим словом. Месть… и звучит как-то гадко. Я бы назвал это – восстановлением справедливости.
- А что, справедливость каким-то образом пострадала? – спросила я с вызовом. – Напомню, что ваше купание в том смехотворном костюме стало гвоздём сезона. Не вижу причин обижаться. Вы сделали всё, чтобы вас обсуждали во всех салонах нашего города.
- Вы солгали мне, - напомнил граф. – Да так мастерски, что я чуть не прослезился, услышав печальную историю о старой деве в поисках жениха. Вы попросту посмеялись надо мной, коварная.
- Совсем нет. У меня были причины скрывать правду!
- Да уж, - протянул Бранчефорте. - И очень веские. Если благородная девица, воспитанная в пансионе госпожи Дюбуа, ночью выбирается из дома, чтобы отправить письмо со статьёй… это уже само по себе – скандал. А если статья ещё и скандальная…
И он замолчал, глядя на меня выжидающе. Знать бы ещё, чего ждал.
Помолчав немного, я негромко спросила:
- Расскажете об этом?
- Нет, - ответил он с пугающим блеском в глазах. - Что бы вы ни думали, я не желаю вам зла, Роксана. И по-прежнему готов вас выслушать.
