3
0Мне плевать, если кто-то другой вычеркнет ее из своей жизни, как будто ее там никогда не было, но ты, ты чертова лгунья, Сесилия.
Он отпускает меня рывком, и я, спотыкаясь, отступаю назад на шатких ногах, которые едва держат меня в вертикальном положении.
Его слова словно нож вонзаются в мою грудь и застревают в костях.
Так вот из-за чего он злился. Возможно, именно поэтому он полностью отрезал меня от себя."
"Я сопротивляюсь желанию помассировать то место, где он держал меня.
— Я люблю Анни, правда люблю, но мне не нравится то, что она сделала с Крейтом.
— Ты Крейтон?
— А?
— Я спросил, являешься ли ты Крейтоном.
— Ты не понимаешь. Крей всегда был отстраненным и молчаливым, и мы думали, что она вытащила его из скорлупы, но потом...
— Не надо оправдываться, — процедил он, прежде чем выпустить вздох. — Просто признай, что ты вскочила на волну, увидела, что делают все остальные, и решила действовать так же, потому что тебе не нравится быть в стороне.
— Я не такая.
— Но это правда. Разве ты не отказывалась делать то, что тебе хочется, потому что это не приветствуется другими? Разве ты не плакала, когда я сказал, что расскажу им о твоих наклонностях? Ты просто бессердечная, трусливая лгунья.
Затем он уходит.
Без оглядки.
Как будто он только что не разбил мое сердце на куски и не оставил меня барахтаться в его крови.
Глава 30
Сесилия
— Ааа, мы потеряли ее!
Я поднимаю голову рывком, который пугает и Глин, и Аву — именно последняя привлекла мое внимание только что.
Мы устраиваем девичник впервые с тех пор, как Анни уехала полтора месяца назад.
Мы много пьем, потому что никто из нас не хочет говорить или думать о пустом месте в нашем кругу или об эхе ее отсутствия.
Мы сидим на диване, одетые в пушистые пижамы — это была идея Авы. Она сказала, что если мы собираемся на домашнюю вечеринку, то должны быть похожи на гламурных персонажей из черно-белых фильмов.
Так что мы все надели ее халаты, покрытые перьями, искусственным мехом и всем неудобным.
— Я хотела сказать, вы слышали новости? — спрашивает Ава со своей позиции справа от меня.
— Какие новости?
— Джон сдался за приобретение наркотиков и нападение на несовершеннолетнего.
Бутылка пива опрокидывается в моей руке. Я не пьяна. Черт, я только что взяла эту бутылку, и она только наполовину допита, так что я не могу ничего выдумывать.
— Ты только что сказал, что Джон сдался? Тот самый Джон, которого мы знаем?
— Да, твой бывший.
— Вау, — выдохнула Глин. — Я и не знала, что он был таким ничтожеством. Ты увернулась от пули, Сес.
Мои пальцы дрожат, и мурашки пробегают по спине и в желудок.
