Перегрин

В ней и сейчас живет много рыбаков, но основу городского богатства составляют кораллы, которые здесь добывают, и перевалка желтого мрамора, который привозят из города Симиттуса, расположенного в глубине материка, где сейчас находился с Третьим легионом наместник провинции Африка. Туда и предстояло мне отправиться вместе с посыльным офицером.

— Командир городского гарнизона сказал, что позавчера отправил туда караван с охраной, и больше свободных людей у него нет, а одного этого… — центурион гмыкнул, прочищая горло, — …римского хлыща с почтой отправлять нельзя. На дорогах шалят конные отряды нумидийцев. Если он не довезет послания из Рима, достанется всем нам.

Допустим, достанется не всем, а только центуриону, который не обеспечил охрану ценного груза, но у меня сложились с Фестом Икцием хорошие отношения, так что смещение его не пойдет на пользу. Меня на этот пост уж точно не назначат, а новый центурион может оказаться заковыристей.

— Я не против, если дашь всех стрелков, десятка два велитов и, самое главное, вобьешь в тупую голову этого заносчивого сопляка, что на переходе он должен выполнять мои приказы, — потребовал я.

— Солдат получишь, — заверил Фест Икций, — а с этим… — он опять прочистил горло, — …я поговорю.

Не знаю, что он сказал посыльному офицеру, но Кезон Мастарна сразу же попытался продемонстрировать, что выполнять мои приказы не собирается. Я разделил вверенных мне солдат на четыре части: три лучника-иллирийца должны были идти метрах в ста впереди, затем десять велитов, за ними — посыльный офицер, еще десять велитов и арьергард из шести пращников-болеарцев. Кезон Мастарна, получивший от командира гарнизона серого в яблоках конька, старого и невзрачного, заявил, что будет ехать впереди.

— Тогда поезжай один, — решил я, — а мы останемся.

— Вы обязаны меня охранять! — возмутился он.

— Бесполезно охранять того, кто ищет, как бы побыстрее погибнуть, — возразил я. — Или ты делаешь, что я скажу, или погибай без нас.

— Я пожалуюсь на тебя легату легиона! — пригрозил юноша.

— Если доберешься до него, — молвил я.

Кезон Мастарна собирался сказать еще что-то грозное, но в разговор вмешался Фест Икций, который понял, почему вышла заминка, подошел к нам и родительским тоном, как непослушному сыну, сказал посыльному офицеру:

— Опцион отвечает головой за твою безопасность, так что делай, как он говорит.

Юноша густо покраснел, насупился — и занял место за передним отрядом велитов. Судя по тому, как сидел на коне Кезон Мастарна, верховая езда не была его коньком. Римляне, даже несмотря на то, что у них есть сословие всадников, наездниками, за редким исключением, были паршивыми.