Перегрин

Услышанное и увиденное в одном месте сопоставлял с информацией, полученной в другом, суммировал, делал выводы. Вроде бы все шло по задуманному мною плану. Утром вместо того, чтобы штурмовать поселение, кимвры и тевтоны разбирались, кто виноват в ночном нападении. Видимо, последние так и не смогли объяснить, как их воин оказался ночью в чужой части лагеря и получил топором по голове. К сожалению, сведения счетов не случилось. Может быть, потому, что тевтонов было намного меньше, составляли примерно третье армии. Но и оставить обвинения без ответа они не могли, поэтому начали паковать вещички и ближе к полудню ушли в северо-восточном направлении, переправившись через реку по тому же броду, что и мы ночью. К ним присоединились и несколько небольших отрядов из других племен. Как мне сказали подчиненные, это были кельты-амброны, жившие на территории будущей Швейцарии, и их соседи непонятной национальной принадлежности тигурины и тугены. Мои воины прошагали за ними часа два, после чего вернулись и доложили, что тевтоны продолжают следовать прежним генеральным курсом, возвращаться не собираются. Видимо, расположатся на зимовку на присмотренном ранее месте.

Как догадываюсь по суете кимвров, уход союзников, уменьшивший армию процентов на сорок, оказался неприятным сюрпризом для них. Командиры отрядов собрались на совещание, которое продолжалось до вечера и плавно перетекло в совместную попойку с последующим песнопением. К тому времени я уже послал в лагерь нашей армии гонцов с предложением ночью срочно выдвинуться на исходную позицию для нанесения удара по ослабевшему противнику.

Передовые отряды нашей армии прибыли на рассвете. Я встретил их километрах в пяти от вражеского лагеря. Как мне сказал командир одного из галльских отрядов, сперва многие не хотели выступать, утверждали, что их заманивают в ловушку, что идти надо только в светлое время суток… Подозреваю, что просто струсили передвигаться ночью. Злые духи для многих страшнее кимвров, хотя все с точностью до наоборот. Только когда галлы и кельты снялись, за ними потянулись и остальные. Одно дело бояться кого- или чего-либо, другое — прослыть трусом, что обязательно случится со всеми, кто не придет на битву.

Первым делом командиры собрались на совещание. Мне этот колхоз уже надоел, поэтому дождался, когда соберутся и сразу взял слово.

— Время для болтовни закончилось. Пора браться за дело. Сейчас я распределю, кто где будет наступать, дам проводников… — начал я.

— Тебя никто не выбирал командиром, — перебил Аргатония.

— Тебя тоже, — парировал я. — Но, в отличие от тебя, я знаю, где надо ударить, чтобы победить. К тому же, я не собираюсь сидеть здесь и командовать. Я пойду в атаку первым.