4
0Он шепчет:
— Это было прекрасно. Ты прекрасна.
И его губы тут же оказываются на моих, чтобы украсть мое дыхание упоительным поцелуем. Голова кружится после всего произошедшего, а колени подкашиваются. И это даже при том, что я никогда не считала себя кисейной барышней!
Но Родер словно улавливает мою слабость, подхватывает меня на руки и куда-то несет. Уткнувшись в его шею, я вдыхаю ставший родным аромат острого перца, с терпкими нотками смеси дыма и выделанной кожи и сладким послевкусием спелых яблок.
Нортон опускает меня только в спальне, в легком полумраке, создаваемом задернутыми шторами. Опускает, но не отпускает. Его взгляд, совершенно ошалелый от счастья, скользит по моему лицу, словно Родер жадно пытается вобрать в себя и мою эйфорию, хотя я вижу, что его глаза и так до краев наполнены радостью.
Мы не спешим, тратим наше, уже разделенное на двоих, время на то, чтобы медленно, наслаждаясь каждым мгновением, каждым новым открывшимся участком тела, раздеть друг друга.
Родер касается меня подрагивающими от нетерпения пальцами со смесью нежности и сдерживаемой страсти. Он изучает меня медленно, каждым поцелуем открывая новые грани наслаждения.
Его губы скользят по шее, задерживаясь на особо чувствительных местах, сменяются легкими укусами и влажными прикосновениями языка. Они заставляют меня выгибаться навстречу и хватать ртом воздух.
— Ты дрожишь, — шепчет он, заметив мое волнение.
— От счастья, — выдыхаю я, притягивая его ближе.
Горячие ладони очерчивают изгибы моего тела, оставляют за собой огненные следы, но мне их безумно мало! От каждого прикосновения внутри разливается сладкое томление, а по коже пробегают мурашки. Когда его пальцы касаются груди, обхватывают чувствительный бугорок, чуть сжимая и перекатывая, у меня вырывается невольный стон.
— Тише, любовь моя, — шепчет он, прерывисто дыша. — Я хочу запомнить каждый твой вздох.
Его поцелуи становятся более жадными, они спускается ниже, от ключиц к груди, и я теряюсь в водовороте новых ощущений. Мои пальцы путаются в его волосах, притягивая ближе.
Я отвечаю на его ласки, изучая его тело: широкие плечи, рельефную грудь, твердые мышцы живота. Под моими прикосновениями он тихо стонет, и этот звук отзывается во мне волной жара.
— Ты прекрасна, — выдыхает он, глядя на меня потемневшими от страсти глазами.
Мы познаем друг друга медленно, не торопясь, давая себе возможность вобрать всю полноту ощущений. Его руки находят особые точки на моем теле, о существовании которых я даже не подозревала. Мои пальцы исследуют рельеф его мышц, шрамы.
Родер шепчет мое имя снова и снова, заставляет струну внутри меня натягиваться все сильнее, звенеть от счастья и понимания, что это и есть настоящее волшебство, истинность.
