Порочный Принц

Я ненавижу то, что именно он, из всех людей, заставляет меня почувствовать такую странную принадлежность и абсолютную заброшенность.

Он мой враг.

Он должен быть моим врагом."

"Но когда он трахает мой рот, использует его, я не могу не просить большего, желать большего.

Я бы никогда ни перед кем не встала на колени. Это унизительная позиция и символ слабости, но с ним это так не кажется.

С ним все похоже на положение власти, когда я доставляю ему столько же удовольствия, сколько он доставляет мне.

Он говорит, что владеет мной, но я владею им так же, как он владеет мной.

С каждым толчком в мой рот он крадет часть меня, и я тоже краду часть его.

Ту часть, которую он никогда никому не показывает.

Это сдвиг в динамике, игра власти. То, что я стою на коленях, не означает, что мне не хватает власти; это только означает, что я зарабатываю ее совершенно другим способом.

Раздается стук в дверь.

— Ронан? Я принесла булочки Ларса.

Мы оба замираем от голоса Шарлотты — и, замирая, я имею в виду, что Ронан останавливается у меня в горле, удерживая за волосы.

Черные точки образуются на периферическом зрении из-за недостатка кислорода. Я борюсь за дыхание, и, может, именно поэтому дымка не рассеивается даже в присутствии кого-то другого. Я все еще плыву по течению, оседлав волну, нуждаясь в большем количестве этого.

— Я сейчас выйду, мама.

Он звучит нормально, или, по крайней мере, немного нормально, учитывая обстоятельства.

Он вновь фокусируется на мне и шепчет полным вожделения голосом.

— Как ты относишься к тому, что кто-то зайдёт и увидит тебя в таком виде: мой член у тебя во рту?

Я отчаянно качаю головой, но он только ухмыляется.

— Ты хочешь быть моей невестой, но теперь ты моя шлюха.

Его хватка на моих волосах становится сильнее, более контролируемой.

— Сделана только для меня.

От этих слов у меня кружится голова, и не только из-за нехватки воздуха.

Чем больше он так со мной разговаривает, тем влажнее я становлюсь. Чем более развращенным становится он, тем глубже я попадаю в его паутину.

Он снова начинает входить и выходить из моего рта, на этот раз быстрее и сильнее. Он использует мои волосы, направляя меня, не позволяя двигаться без его одобрения.

Я марионетка в его руках, распутная, готовая на все марионетка, которой все мало.

Его плечи напрягаются, а голова слегка откидывается назад. Я не могу не смотреть на его мужскую красоту и полный контроль, когда он перестает входить в мой рот. Что-то соленое попадает мне в горло, а затем капает на подбородок, смешиваясь со слюной и слезами, покрывающими лицо.

Ронан хмыкает, пристально наблюдая за мной, почти как в тумане, когда выходит из моего больного рта.