5
0Кирилл Альбертович говорил, что подвижки могут быть, но чтобы вот так скоро… Это невероятно. Все благодаря западному препарату. Если бы не фонд…
Цепляюсь за последнее слово.
– Папа, что за фонд?
Отец улыбается, глаза светятся счастьем.
– Ты ведь знаешь, мы пробовали связываться с врачами за рубежом. Так вот, – немного жмется, – мы были заняты твоими поисками. Говорят, беда не приходит одна и это было именно так. С одной стороны, у Матвея не оставалось времени, с другой, тебя похитили. Мы все были вне себя от тревог, но спустя некоторое время совершенно неожиданно мне позвонили и сказали, что наша заявка на рассмотрении.
– Вот так вот просто? – прищуриваюсь. – После стольких отказов и мыканья по закрытым дверям?!
Отец улыбается ошалело, окрыленный надеждой.
– Сам был в полнейшем шоке. Позвонили от крупной благотворительной организации. Сказали, что помогают в подобных случаях, как у нас. Необходимая сумма на лечение была собрана в кратчайшие сроки. Больше того, нам и ехать не пришлось. Оказалось, что действует что-то наподобие полевой лаборатории, выездной.
По мере того, как отец рассказывает удивительную, практически нереальную историю нашего маленького чуда, в душу закрадываются сомнения, просыпаются страхи, и я задаю вопрос чуть хрипловатым голосом:
– Папа, тебе что, все-таки Айдаров помог?
Отмахивается, мотает отрицательно головой.
– Нет, что ты?! Он после твоего похищения обезумел просто… вопил несуразицы… Проклинал выродка.
Значит, не Мурат. Странно было ожидать от монстра милосердия и сострадания. Матвей для него был инструментом давления на меня, чтобы ломать и прогибать под себя, заставляя быть послушной женой."
"Сейчас, когда этот ужас позади, я вот начинаю сомневаться, что он бы вообще помог Матвею. Не тот это человек.
В душе все отчетливее скребутся сомнения. Отец окрылен внезапным счастьем. Возможностью, которая открылась перед нами спустя столько страданий и поиска средств.
Цепляюсь за информацию о фонде. Напрягает что-то, и я не отстаю от отца, который уже набирает номер, чтобы связаться с клиникой.
– Папа, а когда тебе позвонили от этой организации?
Смотрит на меня удивленно, задумывается.
– Не скажу точно, дочь, я был как в трансе, но это произошло спустя несколько недель, как ты пропала.
Задумываюсь. Совпадение. Но…
– А как называется эта благотворительная организация?
Отец смотрит на дисплей телефона, до меня доходит звук соединения, и просьба оператора повисеть на линии.
– Яся… дочка, давай потом! Это все неважно! Главное Матвей… У него появляются шансы, есть надежда, дочка, есть…
– Пап, название…
Опять повторяю, пытаюсь вытащить необходимую информацию, пока он не ушел на переговоры.
– «Второй шанс». Дочь.
