0
0
— Я и не спорю, — спокойно ответила Давенпорту. — Просто говорю, что прекрасно себя чувствую, и собираюсь продолжить осмотр дома.
Опекун заложил руку за борт сюртука и нахмурился.
— Изабелла, — начал он, но продолжить не успел.
В открытые двери гостиной гуськом вошли пять женщин во главе с экономкой, и четверо мужчин. Они неловко, толкаясь и переглядываясь, выстроились в линейку, и уставились на меня с плохо скрытым любопытством. Присси, с которой я уже успела познакомиться, настороженно смотрела из-под полей своего странного чепца.
— Миледи, вы хотели видеть слуг, — выступила вперед Эльза.
Женщины несмело улыбались, правда, от этого их лица не выглядели приветливее, мужчины хмурились и косились исподлобья. Казалось, слуги не знают, чего от меня ждать, но уже заранее настроены на худшее. Что и говорить, компания подобралась колоритная.
— Думаю, вы уже знаете, что из-за падения я потеряла память, — решив не обращать внимания на недоверие прислуги, бодро заявила я. — И теперь вынуждена заново знакомиться с обитателями дома.
Я проехала вперед и остановилась перед кривой «линейкой», переводя взгляд с одного лица на другое.
— Представьтесь, кто есть кто?
Я внимательно посмотрела на слуг, пытаясь понять, что с ними делать. Для меня само наличие в доме прислуги казалось странным. Я привыкла все делать сама, а тут столько работников! И мне придется жить в их окружении, строить из себя благородную леди, не способную одеться без помощи камеристки, отдавать приказы и делать вид, что я настоящая аристократка.
— Я Лива, миледи, — прервав мои размышления, сказала дебелая пожилая женщина с изрытым оспой лицом, и присела в неуклюжем книксене. — Кухарка.
— А я — Роза, горничная, — поклонилась вторая, и ее маленькие глазки забегали из стороны в сторону, точь в точь, как испуганные тараканы.
— Вилма, служанка, — коротко представилась следующая. Она казалась невозмутимой и равнодушной, а ее тонкие губы сжались так плотно, словно их хозяйка опасалась сказать лишнее слово.
— Присси, камеристка, — не глядя на меня, пискнула моя «личная» горничная.
— Леа, миледи, помощница кухарки, — дрожащим голосом сказала невысокая худощавая женщина в коротковатом платье. Полосатые шерстяные чулки, выглядывающие из-под него, подчеркивали ее кривые ноги, придавая служанке карикатурный вид.
Следом назвали свои имена мужчины. Среди них оказались дворецкий, конюх, дворовый работник, и истопник.
— Очень приятно, — улыбнулась я, но, если уж быть честной, приятного в знакомстве с челядью было мало. Слуги не внушали мне доверия.
