Леди из охотничьего домика, или Отвергнутая жена

Однако уже дважды вы передали деньги через Герта, – Вангер достал из кармана полотняный мешочек с монетами и, положив себе на ладонь, протянул мне.

– Я не возьму деньги обратно. Мы оба с вами находимся не в самом лучшем финансовом положении, но пользоваться вашей благосклонностью безвозмездно мне совесть не позволяет. Тем более что вы вместе с Гертом оказали неоценимую помощь, когда очистили озеро от бочек и вывезли их. Мне напомнить вам, как вы до самого рассвета хлопотали около меня, или думаете, что не поняла, когда вы уехали?

Вангер встал со своего места и положил мешочек на полки, после чего вернулся в кресло: – Можете считать это недостатком моего воспитания, но я не привык бросать в беде тех, кому требуется помощь.

Не стоит считать себя чем-либо мне обязанной, ведь действовал, как вы сами сказали ночью, в общих интересах. Отравленные воды Зауберерского озера рано или поздно погубили бы всю округу, так как руда, находящаяся в бочках, сохраняет свои токсичные свойства на протяжении многих десятилетий. К сожалению, из множества отходов от горнодобычи дядя выбрал самый опасный. Однако, госпожа Вербер, вы оказали мне неоценимую услугу этими бочками: несколько лет назад были найдены способы обработки этой руды, поэтому я, если можно так сказать, оказался в выигрыше не меньше вашего. Можете посчитать, что таким образом ничего мне не должны за помощь этой ночью, если вам так будет легче. Но и это ещё не всё...

– Что-то ещё произошло? – я насторожилась, предполагая очередные козни со стороны бывшего мужа. Мне не давала покоя мысль, что Ойген, так жаждавший вступить в брак со своей любовницей, до сих пор не сыграл свадьбу.

Особенно если учесть весьма «отягчающие» обстоятельства, которые должны были поспособствовать скорейшему проведению церемонии. Если бы Ойген женился, то об этом событии непременно стало известно в Хофе, чьи жители точно поделились с Марго информацией. Однако хозяйка трактира ничего мне об этом не говорила. Да, развод состоялся, более того, я признана никчёмной женщиной, но только после того, как Ойген будет скован брачными узами, могу окончательно успокоиться.

Вангер вскочил с кресла и оказался возле меня: – Госпожа Вербер, вы так резко побледнели... Вам стало дурно?

– Просто ответьте, что случилось!

– Это касается шкатулки, которую вы вытащили самой последней.

С облегчением выдохнув, я откинулась на спинку кресла: – Господин Вангер, кажется, я говорила, что вы своей способностью формулировать мысли и подавать информацию способны довести до сердечного приступа любого...