3
0
Черт возьми, кем нужно быть, чтобы так… так подло обманывать беззащитную нищую дуреху, которая работает день и ночь и носит кримпленовые платья и клетчатые юбочки образца семидесятых?!
Тетей Александрой? Братом Владиком?
Она очень удобна в качестве уборщицы, поденщицы, подавальщицы, подтиральщицы, вязальщицы – и так далее. Она до такой степени не верит в жизнь, что с первого слова поверила в неуклюжее вранье, поверила, потому что знала твердо – она не достойна ничего хорошего.
Ее никто не любит. Бабушка и та посмеялась над ней, завещав ничего не стоящие стекляшки.
От семидесяти до ста тысяч долларов, пропади оно все пропадом!..
Кирилл наотмашь распахнул дверь своей драгоценной машины и впихнул Соню внутрь. Сел за руль и завел мотор.
Рядом уселась Настя. Вытянула ремень и защелкнула его в замке. От негромкого звука Соня вздрогнула, как будто выстрелила пресловутая пушка в Петропавловской крепости. Вздрогнула и уставилась на Кирилла. В зеркале заднего вида отразились ее красные кроличьи глаза.
– Я не стану говорить: мы же вас предупреждали, – выговорил он с бешенством, – но все-таки вы редкостная идиотка. Первосортная.
– Кирилл!
– Да. Идиотка.
Соня еще посмотрела на него и вдруг упала лицом в ворс дивана. Костлявые плечики затряслись.
– Не приставай к ней, – приказал Кирилл Насте, которая моментально полезла через сиденье – утешать, – она сама придет в себя. Нельзя позволять всем окружающим так над собой измываться. Кинофильм “Чучело” хорош только для знатоков кино. Применять его на практике не стоит, Соня.
Она все рыдала и даже начала подвывать, и Кирилл отвернулся от нее.
Мотор негромко урчал, из кондиционера тек прохладный воздух, затекал за воротник, обдавал потную спину.
Ну и черт с ними, подумал Кирилл неизвестно про кого.
Зато теперь он хоть может быть уверен, что историю с ожерельем затеяла не сама Соня. И на том спасибо.
Он сдал назад и вывернул из узкой подворотни.
– Здесь нет левого, – предупредила Настя, – давай направо и под мост.
– Не хочу под мост, – пробормотал Кирилл и, прицелившись, выскочил в узкий просвет между машинами. Ему сердито посигналили сзади, и он нажал на газ.
– В Москве все так ездят? – спросила Настя язвительно.
Кирилл ничего не ответил. Предполагалось, что Настин любовник – коренной петербуржец, и было странно, что она об этом забыла.
– Куда мы едем, Кирилл?
Он посмотрел на Соню. Она больше не рыдала, лежала тихо, только плечи время от времени вздрагивали.
Ладно. Все равно конспиратор из него никакой.
– Мне нужно в отель. Позвонить.
На повестке дня была еще одна родственница, гораздо более красивая и несколько не в меру раскрепощенная, но также до отказа переполненная комплексами.
