9
0"
"— А где вы были, когда случился прорыв? — мой голос хлестнул. — Когда монстры рвали людей? — развернулся к его марионеткам. — А вы, голубчики? Сидели в своих особняках, пока другие проливали кровь? Теперь хотите получить кусочек, ничего не делая? — покачал головой с притворным сожалением. — Нет, так не бывает. Только в ваших влажных мечтах.
Лица подстилок ставленника побагровели от злости и беспомощности. А я продолжал наступать:
— Несмотря на все конфликты с Зубаровыми, я пришёл на помощь, — каждое слово било точно в цель. — Мой род отбивался от монстров.
Все взгляды невольно обратились к девушке. Она смотрела на меня, затаив дыхание. В расширенных глазах плескалось такое откровенное обожание, какого я ещё не видел. Грудь часто вздымалась, щёки залил румянец. В этот момент Елена была прекрасна. Юная наследница рода, осознавшая, что я задумал.
— И ты хочешь забрать все земли себе? — оскалился Запашный, в его голосе звучала угроза.
— Я? — изобразил такое искреннее удивление, что даже Требухов поперхнулся.
Елена впилась взглядом, от которого воздух, казалось, начал потрескивать. Она едва заметно подалась вперёд, ожидая нужного момента.
— Я предлагаю их оставить единственной наследнице рода, — повернулся к девушке.
В помещении можно было услышать, как падает булавка. По залу прокатился всеобщий выдох, словно из него разом выпустили весь воздух.
Смолёнов и Бочкарёв застыли с открытыми ртами. Планы, в которые их вписали, рассыпались, как карточный домик.
— Но… — ставленник императора попытался сохранить остатки контроля. — Женщина — глава рода?
— Да! — Требухов вскочил, будто пружина. — В кодексе аристократов написано, что, если наследников в роду нет, то дочь, жена или мать могут занять место…
— Рода нет! — Запашный перешёл почти на крик. — Ничего нет! Как она будет защищать земли? Как бороться с монстрами? Это обязанности! А девушка явно их не способна выполнить. Да чего уж там, она и прокормиться не сможет.
— Это моя проблема! — Елена вспыхнула, как пламя. Её глаза метали молнии, но смотрела она только на меня. — Моя земля, мой род! И никто не смеет на них покушаться! Никто!
Её голос перекрыл все остальные. Девушка стояла, оскалившись, как волчица, защищающая логово.
— Если я не справлюсь, жалуйтесь императору, проводите суд и забирайте земли. А сейчас они мои! Слышите? Мои…
— У Елены Вячеславовны есть право и голос на этом собрании, — подхватил Требухов, словно дирижёр, узнавший мелодию.
