9
0Нагло? Безусловно. Рискованно? Ни капли."
"— Уважаемый Олег Венедиктович, — мой голос прозвучал торжественно и достаточно тихо, чтобы создать иллюзию интимности беседы.
Бочкарёв заглотил наживку. Его самолюбие требовало услышать каждое слово. Он сделал шаг вперёд, обходя своих охранников, которые замерли как истуканы.
— Я хочу у вас попросить прощения, — закончил фразу, наблюдая за реакцией.
Бочкарёва буквально затрясло. Его полные губы беспомощно открывались и закрывались, как у выброшенной на берег рыбы. Жадно хватая воздух, он сделал ещё один маленький шажок в мою сторону.
— Повторите, — прохрипел мужик, задыхаясь от волнения. — Я плохо вас расслышал.
— Конечно, — улыбнулся, активируя механизм на запястье.
Металлический язык выстрелил с едва слышным свистом. Как хищная змея, он обвился вокруг толстой шеи Бочкарёва. Одно движение, и грузное тело полетело ко мне. Охрана застыла в немом изумлении, не успев даже потянуться к оружию.
Аристократ захрипел, его пухлые пальцы, унизанные перстнями, бесполезно царапали металлическую ленту на горле. Лицо начало приобретать интересный багровый оттенок.
— Тихо-тихо! — поднял свободную руку, обращаясь к охране. — Ещё одно движение, и я подарю вам голову вашего «господина».
Сделал особое ударение на последнем слове, наслаждаясь тем, как дёрнулся Бочкарёв. Наклонился к нему, почти касаясь губами уха:
— Вот за это я приношу свои извинения, — в голосе прозвучала неприкрытая насмешка. — Думал, что сможем пообщаться более… цивилизованно. Но вы сами меня вынудили!
— Магинский… — прохрипел он, брызгая слюной. — Тебе конец! Ты покойник!
— Всё в этом мире конечно, — философски заметил я, слегка подтягивая механизм.
Олег Венедиктович издал звук, похожий на свист чайника. Его лицо приобрело оттенок переспелого помидора.
— Я тут не по вашу душу, — притянул грузное тело ещё ближе, чувствуя, как рука начинает уставать. — Мне бы побеседовать с уважаемым Батбаяром.
Послал сигнал своему артефакту и понял, что заларак готов. В этот момент дверь слева открылась. На пороге появился Батбаяр. Мужик словно мимо проходил и случайно зашёл в нужный момент. На нём был безупречный костюм, а рука держала дымящуюся чашечку чая.
Монгол неторопливо подул на напиток, и в тот же миг я почувствовал, как на мои плечи навалилась невидимая тяжесть.
— Магинский… — произнёс он с той же неспешностью, с какой остужал свой чай. — Зря пришёл. Ты ответишь за моего человека! Отсюда живым теперь не уйдёшь!
Глава 19
— Даже так? — изобразил я притворную печаль.
— Мальчик, ты полез играть не в те игры со взрослыми мужчинами, — Батбаяр сделал очередной глоток чая с таким видом, словно был на светском приёме.
