Белоснежка для его светлости

На лбу пришельца красовались громоздкие очки, придерживающие волосы подобно обручу, в левом ухе – зеленый кристалл, на плече – черный ворон, а на руках полупрозрачные перчатки из какого-то странного материала, похожего на тонкую кожу.

– И кто из них Сияющий? – спросила я шепотом супруга.

– Представления не имею, – ответил тот, продолжая, как и я, разглядывать спорщиков. Обложка книги, по-прежнему лежавшей на моих коленях, странно потеплела, и, привлеченная этим, я раскрыла гримуар.

«Тот, который брюнет, – прочла я надпись над проступившими очертаниями довольно комичного изображения, не лишенного сходства с одним из визитеров.

 – Он же милорд Лучезарный, гай[16] Светлоликий и просто Ашенсэн».

– Интерес-с-сно, – протянул Варг, тоже глядя в книгу. – А второй тогда кто? – поинтересовался он, сделав приглашающий жест рукой нашим друзьям.

«Второй в ваших мирах работал под псевдонимом Аштарэт, – охотно ответили «Записки Годранга», подтверждая теорию моего мужа о том, что та, кто за ними стоит, видит и слышит все, что происходит рядом с артефактом, коим является и книга. – На самом же деле зовут его гай Огненный, ну или Ийзэбичи».

И под этим заявлением тоже нарисовался забавный портрет, гротескно отражавший основные черты прототипа.

– Аштарэт? – не скрывая удивления, переспросил подошедший к нам Ингольв. – А эти черномордые хмыри – его черти, что ли?

«Это телохранители бессмертного, – сдала «синие плащи» Ева. – В одном из миров их прозвали чертями из-за цвета кожи и роговых наростов на лбу, но на самом деле они просто хорошо тренированные маги, не чувствующие боли».

– А где же тогда ангелы Сияющего? – взглянув на обсуждаемых мужчин, спросил Аарон.

"

"«Да какие они ангелы?! – возмутилась магическая книга. – Рядом с Ашенсэном вечно такой зоопарк ошивается, что лучше не приближаться, а то покусают! И это самое малое…» – Читая, я отчетливо представляла, как эти фразы звучат в устах златовласки. То ли из-за установленной во время снов связи возник такой эффект, то ли просто воображение разыгралось. Но мне так и виделась желтоглазая красотка, рассуждающая о неангельском характере тех, кого наши жрецы идеализировали на изображениях в храмах.

 – «Ха! Ангелочки! Разве что с виду, и то не все». – Теперь мне казалось, что девушка, общавшаяся с нами через желтые страницы, презрительно фыркает, и это почему-то вызвало улыбку. Похоже, досталось ей от так называемого «зоопарка». А может, причина обиды заключалась в том, что ее-то как раз, такую распрекрасную и уникальную, в «ангельскую» свиту и не взяли.

– Почему Сияющий… не сияет? – переняла эстафету вопросов Клотильда, присевшая рядом с нами на каменное возвышение.