Белоснежка для его светлости

Хотелось поберечь силы для расправы с блондинчиком, а если придется – и с черномордым предводителем огненного крыла."

"Смотрины начались с музыки. Красивой и медленной, яркой и чувственной. Удивило, что этот уродливый, с моей точки зрения, мир мог рождать столь восхитительные мелодии. Первая конкурсантка, рвущаяся в гарем к одетому в золотой балахон «оборотню», развалившемуся в кресле перед сценой, выскользнула на освещенное магическими огнями возвышение и принялась кружить под чарующие звуки. Музыка лилась из странной шкатулки, в ячейки которой надзирательница вставляла прозрачные шарики, вероятно, хранившие в себе ту или иную композицию.

Заинтересованная ее действиями, я совсем забыла о выступлении профессиональной наложницы. И так бы и пропустила все, если б меня не ткнула локтем в бок Клотильда.

Занавеска, отделявшая скамью претенденток от сцены, была из мелкой сетки, поэтому мы, близко сидевшие от нее, могли наблюдать за выступлениями на сцене, в то время как нас из зала видно не было. И вот первая красотка с роскошными светлыми волосами и аппетитной фигуркой, вдоволь поизвивавшись на радость одетым в балахоны зрителям, принялась разоблачаться на глазах благодарной публики, одобрительно хлопающей ей мохнатыми лапами с жуткими звериными когтями.

Продолжая двигаться в ритме играющей мелодии, девушка медленно расстегивала платье, обнажая сначала плечи, потом грудь и так до самого низа. При этом она столь красиво выгибалась, что я невольно засмотрелась, сделав себе мысленную зарубку непременно устроить подобное шоу для Варга, когда вернусь домой. Мысль о раненом муже, возле которого сейчас небось вьется весь рыжий «серпентарий» с предательницей Региной во главе, больно стегнула по нервам, разбудив во мне снежную магию. Опасаясь ненужных вопросов, я поспешно спрятала ладони под мышки, так как кончики пальцев покрылись морозным инеем.

Вторая девушка вышла на сцену под более бодрый аккомпанемент, сплясала веселый танец и, как и ее предшественница, разделась догола. Оставшись в одних украшениях и босоножках, она продефилировала взад-вперед по сцене, позволяя господину и его свите рассмотреть товар во всех подробностях, а потом подобрала свои вещи и, энергично виляя бедрами, вернулась за кулисы.

Следующей поднялась Клотильда, по виду которой сложно было понять, волнуется она или нет.

– Не ты! – нахмурилась надзирательница, повертев в пальцах очередной музыкальный шарик. – Я видела номерки. Третий вытянула она, – и невежливо указала пальцем на меня. Вообще-то здесь почти все не утруждали себя соблюдением правил этикета, принятого в светском обществе Алин-тирао. Возможно, его тут и вовсе не было.