5
0— А ты меня за Валентина сватала…
— Так я о вас беспокоилась! — проворчала тетушка Лонджина и принялась поливать мою голову с деревянного ковша. — Тяжело ведь без мужа! Да еще батюшка ваш… Как с ним быть?
— Еще тяжелее с таким мужем, — я убрала волосы с лица, чувствуя, как щиплет рана лбу. — Лучше одной. А с батюшкой разберемся, не переживай.
— Одной тоже нельзя, — женщина тяжело вздохнула и взялась намыливать меня. — Вам деток рожать нужно. Молодая ведь и красивая…
Она еще что-то тихо говорила, а я наслаждалась ее по-матерински мягкими прикосновениями и ароматом лаванды, исходившим от брусочка мыла, которое она взбивала в пену жесткой тряпицей и терла мою спину.
Тетушка Лонджина несколько раз ополоснула волосы чистой водой, заколола их шпилькой и, когда я вылезла из ванной, завернула меня в теплую простынь, нагретую возле камина.
— Садитесь в кресло у огня — ночи холодные и от сквозняков легко подхватить простуду!
Я с удовольствием послушалась ее и опустилась в большое деревянное кресло с мягкой подушечкой на сидении. Она вытащила шпильку из моих волос, и они тяжелой волной опустились ниже подлокотника, холодя плечи влажными прикосновениями. В прошлой жизни я гордилась своей шевелюрой, но по сравнению с этой копной, она казалась мышиным хвостиком. Густые, плотные, они походили на дорогой шелк и подсыхая, переливались золотистыми прядями. Нет, ну, что ни говори… а графиня была красоткой… Или есть? Как все запутанно!
Слуги вынесли грязную воду и ванну, а тетушка Лонджина начала расчесывать меня, аккуратно проводя щеткой по волосам. Ее движения были медленными, размеренными и я уснула, откинув голову на спинку кресла.
— Ваше сиятельство, просыпайтесь… — услышала я сквозь дрему ее ласковый голос и нехотя разлепила тяжелые веки.
— Давайте ужинать, чай горячий пить и в кровать. Завтра трудный день.
Я с удивлением обнаружила, что к камину придвинули столик, а на нем уже были расставлены тарелки с ужином, который состоял из супа, хрустящих гренок, вареного мяса и блюдца с печеньем. Рядом стоял горячий чайник и кувшинчик со сливками.
Поужинав, я подождала, пока тетушка Лонджина обработает мне рану мазью Софии и попросила ее:
— Тетушка, выпей чаю со мной.
— Да что вы, графинюшка… Еще чего не хватало! — она нахмурилась. — Чаи распивать с хозяйкой!
— Пожалуйста! — взмолилась я, не в силах воспринимать себя чьей-то хозяйкой. — Тем более, ты обещала мне рассказать об имении возле Крестонского леса.
— Ладно… — махнула она рукой и, устроившись напротив, разлила по кружкам ароматный чай. — Значит, давным-давно, еще до того, как это имение перешло во владение графов Расмуссен, его хозяином был маркиз Харальд Грейф.
