5
0
Нилс пришел примерно минут через десять и сразу же принялся благодарить меня за то, что я забираю их из этого дома. Он выглядел таким счастливым, будто я выкупила их из рабства.
Выслушав все добрые слова, на которые радостный мужчина не скупился, я попросила его, чтобы он помог собраться Джасперу, предупредил Гринча о том, что он тоже едет с нами, и чтобы они вместе отправились на конюшню и выбрали экипаж и двух коней.
— Все должно быть готово к завтрашнему утру, — предупредила я и он закивал головой.
— Да, конечно, графинюшка! Все будет сделано! И уж поверьте, мы с Гринчем выберем самых лучших коней! И экипаж возьмем, не абы какой!
Вот такой подход мне нравился, и я представила, как обрадуется Антон, узнав, что мы уедем отсюда и станем самостоятельными. Звать его к себе я не стала, чтобы не вызывать подозрения таким активным вниманием к его жизни, лишь поинтересовалась, как его здоровье — на что Нильс ответил:
— Скоро снова по лестницам прыгать начнет! Молодое, да глупое!
Вскоре пришла тетушка Лонджина и принесла в большой фарфоровой кружке свое питье.
— Я не добавляла сонных травок, это уже к ночи, ваше сиятельство, — сказала она и поставив кружку на столик, распахнула дверцы шкафа. — Точно несколько сундуков понадобиться, чтобы вещички ваши уложить. Ну ничего, главное ничего не забыть. Особенно зимнее! В этом году обещают такую зиму, какой уж давно в наших краях не было! Говорят, Дорвегию засыплет снегом по самые крыши! Я одну такую зиму помню… Лет десять назад, в тысячу семьсот сорок четвертом году… Да, точно… Так замело, что детишки катались на санках прямо с крыш! Мороз такой был, что даже рукавицы на овчине не спасали!
Ага! Значит я в Дорвегии восемнадцатого века! Хоть что-то стало проясняться!
— Кто может знать, что будет? — улыбнулась я. — Особенно, какая погода нас ждет.
— Не скажите, графинюшка, — вздохнула женщина, вытаскивая из шкафа какие-то наряды. — Грибов было очень много! Под каждым кустом целыми семьями росли! А это предвещает снежную зиму! А желудей! Не счесть! Верные приметы, скажу я вам…
— Вы мне обещали рассказать об имении возле Крестонского леса, — вспомнила я. — Оно действительно проклятое?
— Вечером, ваше сиятельство, — она подошла ко мне и протянула кружку с остывшим питьем. — Сейчас дел невпроворот. А вы лекарство пейте, да будем рану лечить мазью, что София передала.
Где-то, через час, сундуки с моими вещами стояли рядом с дверями, и довольная тетушка Лонджина, оглядела шкаф и всю комнату придирчивым взглядом.
— Вот и управились. Отдыхайте, ваше сиятельство, а я пойду свои вещички собирать. Обед я вам сюда принесу, нечего в таком состоянии вниз спускаться да на их недовольные лица смотреть.
Она забрала кружку и вышла, оставив меня в одиночестве.
