5
0– Содействие следствию будет учтено органами правосудия!
– Да что я такого сделал-то! – причитал несчастный. – Подумаешь, скидочку делил! Это ж разве преступление? Они же сами эти карты раздают!
– Меня не нужно уговаривать! – Леня подталкивал «задержанного» к выходу. – Вот если ты будешь сотрудничать со следствием, тогда – другое дело!
– Сотрудничать? – ухватился Кеша за его слова. – А это как? Что значит – сотрудничать?
– Расскажи все, что знаешь про дисконтную карту номер такой-то. – Леня зачитал по бумажке номер злополучной карты. – И следствие, так и быть, учтет твое чистосердечное признание…
– А чё я про нее знаю? – захныкал Кеша. – Я про нее ваще ничё не знаю! Нету у меня больше той карточки! – И он горестно потупился.
– Значит, не хотим сотрудничать со следствием! – констатировал Маркиз. – Ну что ж, так и запишем…
– Почему это не хотим? Очень даже хотим! – заскулил Кеша. – Только если у меня ее украли!
– Где украли? Кто украл? При каких конкретно обстоятельствах?
– Кто ж его знает? Не пойман, значит, не вор! А насчет обстоятельств… именно что ехал я в набитом автобусе, и со всех сторон от меня были сплошные обстоятельства. Прямо-таки обстояли меня граждане пассажиры так, что вдохнуть только через раз получалось. И тут чувствую, что будто кто в карман мне лезет… я было хотел за руку-то схватить, да какое там – и пошелохнуться-то не вышло! Хотел повернуться, а только где уж тут! Только когда возле метро публика рассосалась, смог я свой собственный карман проинспектировать и убедился, что кошелек из него отбыл в неизвестном направлении. И денег-то не так много было, рубля примерно пятьдесят четыре с полтиной, а вот карточку эту жалко. Я на ней сколько-нито зарабатывал, как Карл Маркс выражался – средство моего прибавочного производства. Ну, и еще кошелек жалко, он мне вроде как память…
– Женщина, что ли, подарила? – поинтересовался Маркиз.
– Зачем женщина? Мне этот кошелек вручила конкретно товарищ Парамонова Валентина Сергеевна за победу на районном конкурсе судомоделистов в районном Дворце пионеров и школьников! – Лицо Кеши порозовело от гордости.
– В каком же это году было? – удивленно переспросил Леня.
– В каком годе? Дай бог памяти… точно помню, что в одна тысяча девятьсот… а как же дальше-то?
– Все ясно! Вскоре после разгрома белых под Перекопом!
– Вот насчет этого точно не скажу! – засомневался Кеша. – Под Перекопом не был, не привелось. Вот в доме отдыха на озере Селигер бывал, и еще в Пятигорске, в пансионате «Заря коммунизма». Только насчет кошелька я напрасно беспокоился, когда весь народ из автобуса схлынул, я этот кошелек нашел. Под переднее сиденье вор его подкинул.
