5
0Я же волшебница!
Кивает Марточка, вдруг с восторгом найдя решение.
— И ты станешь хорррошим!
Она зажмуривает глаза и звонко чмокает Фила в пластырь.
А он замирает.
До хруста сжимает кулак.
Я вижу, как все его тело под рубашкой напрягается до невозможности.
— Я пойду к маленькому Филу, — малышка сползает со стула. Аккуратно и осторожно.
— Ему там грррустно же без меня!
И вихрем уносится к своему истерзанному купанием и приключениям котенку.
— Сколько же я пропустил, — с горечью произносит Фил, так и не отводя взгляда от стула, на котором она сидела. Прижимая руку к тому месту, куда малышка его поцеловала.
— Все! Все пропустил, Ольга, черт возьми! Ее первые слова! Первые улыбки! Какого черта ты так со мной! Зачем? За что? Хочешь почувствовать, как это? Не видеть свою дочь и не знать, как она растет?
Мы скрещиваемся взглядами.
Фил просто пронзает меня. Но и я отступать не намерена!
— Ты сам сделал свой выбор. Тогда, — жестко выплевываю ему в лицо. — Разве это было мое решение уйти? А ты даже не соизволил меня выслушать!
— Ольга.
Он с силой впивается пальцами в стол.
Ноздри раздуваются, полыхая огнем.
— Ты предала меня! Ты спала с Рувье! В моем клубе! И не отрицай!
Резко поднимает вверх руку, заставляя меня молчать.
— Я видел все. Камеры показали, как ты входила и выходила в клуб. И намного больше! Я видел, чем вы занимались с ним в ВИП-кабинке! Без, мать твою, одежды! Со мной ты никогда не была такой горячей, правда? Настоящей шлюхой! Черт, да я бы даже без кастинга принял бы тебя в свой клуб на работу, ведь ты обслуживала его намного лучше моих умелых девиц!
— Это бред! Я никогда…
— Не нужно. Не нужно этого вранья, Ольга, — он прикрывает глаза, втягивая воздух.
Каждое слово бьет по нерву. Но он говорит с такой горечью!
— Сколько его было, этого вранья, а, Оль? Даже сейчас ты до последнего отпиралась. Даже теперь врала, что Марточка не моя! Как я могу тебе верить? Хоть одному твоему слову?
— Фил!
— Ты не просто мне изменяла за моей спиной. Ты слила Рувье всю информацию. Только у тебя был доступ к моим файлам. Потому что я… Я доверял тебе, черт возьми! Доверял и…
Он осекается на последнем слове.
Оно так и остается непроизнесенным.
Что он хотел сказать? Любил?
Когда любят, так не поступают!
— Я ничего этого не делала, Фил, — отзываюсь ледяным голосом.
"— Довольно, Ольга, — Фил морщится, как от боли. — Довольно твоего вранья! Пока ты будешь рядом с Мартой. Она слишком сильно к тебе привязана. А дальше… Дальше я решу.
