8
0
И усиливая напор.
Веснушка, прямо как вчера, возле ринга, обмякла в его лапах, уцепилась за отвороты куртки и раскрыла губки, приглашая.
И Черный был бы полным дураком, если б не воспользовался приглашением.
Приподнял , перехватил под ягодицы, посадил на бедра себе.
- Ах!
Лена неуверенно взмахнула руками, но упасть ей никто не дал, Черный прижал к себе сильнее , не прекращая целовать, улетая от ее вкуса, запаха, податливости такой естественной и нужной, словно она только его ждала, только под него была сделана! Исключительно!
Конечно, она не скучала там, в своих Европах! Естественно, с такой-то внешностью! С таким темпераментом!
Но сейчас, в этот конкретный момент, его Веснушка принадлежала только ему. Исключительно.
И у нее, конечно, по этому поводу могли быть мысли. И она их вполне могла думать.
Но на этом все.
В конце концов, он не железный. Сама виновата. Нахер было приезжать…
До матраса расстояние долгих четыре шага, которые Черный преодолел практически бегом.
Первый их раз, конечно, не особо романтичный, но всяко лучше, чем у стены рядом с рингом.
Так что вполне романтика от не самого романтичного парня на свете. Цени, Веснушка!
Только с тобой так!
И вообще, раньше тут ни одной женщины не было.
Но Веснушка – это не какая-то ринг-герл, с которыми Черный обычно сбрасывал напряжение.
Это…
Это Веснушка.
Она резко и взволнованно выдохнула, когда он опрокинул ее на матрас и встал на колени, нависнув немного и притормозив, чтоб стянуть куртку и джемпер.
Раскрыла рот, забавно сделав колечко пухлыми губками с размазанной помадой, разглядывая его голый торс.
Черный усмехнулся. Поиграл немного на благодарную публику мышцой. Он знал, что девчонки от его тела текут. И тут прямо грех было не воспользоваться.
- Какой ты… - выдохнула она восхищенно, - красивый… Можно?
Чего именно можно? Черный удивленно замер.
Веснушка села, завороженно разглядывая контуры его татуировок, а потом начала водить пальчиками по рисункам, отслеживая вязь.
Черный, млея от мягких, осторожных прикосновений, только улыбнулся.
- Да хоть облизывай.
От одной только фантазии про то, как Веснушка облизывает его грудь, исследуя татухи, в паху стало еще тяжелее, прям каменно. Потом обязательно все будет. Потом, чуть-чуть попозже.
Веснушка , похоже, даже не услышала его, продолжая водить пальчиками по голой груди.
- Это бы… Нарисовать… - шептала она, рассматривая его сияющими глазами.
Без прежнего напряжения и страха.
Черный этим с удовольствием воспользовался, чтоб мягко расстегнуть блузку на груди, восхищенно замереть, разглядывая небольшую красивую грудь в простом черном белье, а потом дернуть темную ткань с плеч.
На этом рывке Веснушка пришла в себя от эстетического восторга и стыдливо попыталась соединить полы рубашки.
