8
0Всякие школьные приколы вроде воровства сменки, смешков за спиной, приклеивания всякой пакости на спину и косы.
Хотя, это быстро прекратилось. Я так и не поняла, почему. Да и не до того потом стало.
Мама уехала… И понеслось.
Все это я вспоминала, пока медленно оглядывала Марину.
Пухлую, в неопрятной одежде, с небрежной гулькой из волос странного цвета… Да… Изменения, конечно, кардинальные…
И как она меня узнала, интересно?
Я-то тоже не выгляжу одуванчиком теперь…
- Привет, Марин!
- Ой, а я думаю, ты – не ты… Волосы отрезала. А потом смотрю – нос длинный! Ну точно, Митрошкина! – жизнерадостно опускать типа между делом Марина еще тогда в совершенстве умела, в восьмом.
- Да ты тоже, я смотрю, поменялась… Живот такой… Беременная?
С некоторых пор я не торможу со словами. Смысла нет.
Марина немного поникла, натянула пониже футболку:
- Неее, это я так… После фитнеса…
- Ну да… Сразу в Мак. Понимаю, калории надо пополнять, - серьезно кивнула я.
- Ага… Ну ладно! Ты где сейчас? У нас говорили, уехала в другой город? За границу?
- Типа того…
Я не рассказывала никому про изменения в личной жизни матери, но слухами земля полнилась. В классе не знали про то, кто у меня дядя, кто отец – тем более. Но что-то где-то, может, преподаватели говорили… Администрация школы была в курсе, куда я уехала в восьмом классе.
Город маленький…
- И давно ты в городе? Надолго?
- Не знаю…
- А то давай, приходи на вечер встреч! У нас три года с выпуска. Многие тебя помнят.
- Да ладно… Кому я нужна…
А сердце-то чего застучало?
Лена, хватит.
- Нуууу… Павлова помнишь? Ну, у него еще отец сеть магазинов одежды открыл как раз тогда…
Павлов… Не помню. Да и слышать про него не хочу. Про другое хочу. Но спрашивать не буду.
- Он придет, прикинь? И еще Леванова, и еще Сомов, и, наверно, Тонков… Приходи!
- Не знаю…
- Конечно, жаль, что после восьмого многие поуходили… Самсонов…. Помнишь его? Да конечно помнишь! У вас же любовь была, да? Он же тебя там спас от бандитов каких-то…
И вот тут мне захотелось резко развернуться и уйти. Просто чтоб не слышать его имя. И не знать, куда он делся или не делся после восьмого.
Но Марина не замечала моего состояния, трещала и трещала:
- Он же в колонию загремел… Да, не доучился…
- Кто?
Я понадеялась, что вопрос прозвучал нормально. Спокойно. Потому что никакого спокойствия и в помине не было. Сердце рухнуло куда-то к пяткам. И заледенело там.
Веник? Веник в колонию??? Мой Веник???
- Ну Самсонов, Веня. Ой, он же в том году вообще с катушек слетел, связался с компанией какой-то… Ну и попал за вооруженный грабеж… Жаль, конечно… Он в городе, говорят, видели его. Но на вечер встречи явно не придет… Да ему и не рад никто будет…
Тут у меня зазвонил телефон, я , в полной оторопи, глянула номер. Витя.
