7
0
Камиль очень нравится маме.
Переглядываемся с братом. Прячу под чистыми полотенцами телефон.
Иду в гостиную.
- Извини, Камиль, что охрана забирает телефоны, но у нас такая ситуация...
- Я всё понимаю. Нет проблем.
- Добрый день, - присаживаюсь за стол.
В гостиной благоухает цветами. Корзина с ними стоит на тумбе.
- Это Камиль принес для тебя... - показывая на цветы, улыбается мама.
- Благодарю.
Камиль очень тактичен. Говорит со мной только на ""безопасные"" и приятные темы. Не прикасается вне репетиций. На репетициях - бережно.
Мы станцевались мгновенно, словно не было перерыва.
У меня нет к нему претензий. Но и интереса тоже нет.
Однако, я внимательно смотрю на его реакции, пытаясь оценить себя глазами мужчины.
Я ему очень нравлюсь до сих пор. Даже без своих волос.
Мама демонстрирует нежнейшую тиару из лебединых перьев и жемчуга для моего костюма.
- Примеришь?
- Нет... Потом.
Мама выходит. Нам с Камилем не о чем говорить. Он рассказывает о каких то балетных историях, конфузах, интересных моментах.
А мне больше не интересно это.
Ещё - что я должна претендовать на место примы, что у меня отличная форма. Что моя техника превосходит его партнёршу. Какие восхитительные пластичные у меня руки, гибкие ноги.
А мне хочется рассказать ему какой ценой эта техника случилась. Быть может, тогда он перестал бы пытаться развлекать и хвалить меня этой темой.
- Божена, я могу приезжать к тебе как старый друг?
- Не стоит, Камиль, - вежливо качаю головой. - Я больше не балетная.
- А какая же? Балет - это навсегда. Даже если бросить.
- Смотря чем выжигать...
- Что, прости?
- Извини. Я не очень себя чувствую. Пойду к себе.
- Конечно... - опускает взгляд.
Когда прохожу мимо кабинета отца, дверь внезапно открывается и Фил затягивает меня внутрь. Тихо прикрывая за собой.
- Оу...
Запирает изнутри.
- Ну, вау ля.
- Как ты открыл?!
- Украл связку при переезде.
- А такой с виду ангелочек!
- Внешность обманчива.
- Мне тебя очень не хватало, - признаюсь я.
- Когда?
- Всегда...
Смутившись, быстро переводит тему.
- Что мы ищем?
- Записку от Гордея.
- Вот этого Гордея? - поднимает со стола личное дело Ершова.
Там его фото. Беру в руки, вглядываясь в чёрно-белый квадратик.
- Это он? - заглядывает Фил.
- Он...
- ""Позывной - Псих"". Ну, не знаю...
- Что не так?! - ревностно прижимаю к себе папку.
- Я б тебя наедине с ним не оставил. Бородатый. Покоцанный. Как басмач.
- А я была с ним наедине. Он меня ни разу не обидел. Заботился обо мне...
- Ну и старый для тебя.
- Ничего он не старый!
Ищу на папке год его рождения.
- Ему тридцать. Это просто щетина! И фотка такая.
- Вот этот посимпатичнее, - поднимает со стола второе дело.
- Это Алишер, - морщусь я.
На фото он моложе лет на десять.
- Мансуров. Тот человек, которого надо опасаться. Запомни его лицо, на всякий случай.
