А Лешка обещал посидеть на берегу, пока я искупаюсь.
«С прибором ночного видения он сидел бы на берегу – и фиг там усидел бы!»
— Вы своим поведением давно похоронили моральный облик отряда, — вернувшись к столу, достала новый тампон, приблизилась к моему лицу. — Из-за вас, товарищ, майор, батюшку специально на базу приглашали, — не деликатничая, тычет мне в лицо ватой, обильно поливает перекисью. Зря старается причинить боль, вредная девчонка. Про батюшку интересно послушать, что за бред сейчас будет лить в мои уши. — Просили, чтобы покадил, молитвы почитал, изгнал наконец-то духа сластолюбия и разврата из всех обесчещенных вами дам.
"Представил эту картину, как Светка, Лиза, Лена… не все имена помню, это необязательно. Вот стоят они в ряд, понуро опустив голову, батюшка их ладаном овеивает, а у тех пошлые мысли в голове и никакого раскаяния. Бред, но весело. Не весело осознавать, что о моих похождениях Алька знает, отсюда и недоверие.
— Пожалели бы вы души девушек, — притворно вздыхает, распаковывает пластырь и лепит мне на лицо. Думал, предложит целибат, а она выдала: — Женились бы на одной из них…
Глава 39
Алеста
Попросила, называется, проводить меня на озеро.
Заслуженно Леху в дежурство поставили. Неделю пусть мне на глаза не попадается, пока не прощу, подсыпать ему слабительного в тарелку супа рука не дрогнет.
Выполняю свои обязанности уверенно.
За разговором ни о чем прячу свою нервозность. Мы опять наедине. Лица близко друг к другу.
Разговор о женитьбе абсолютно спонтанный, не пойму, с чего мне эта идея вообще пришла в голову. Ловлю себя на мысли, что где-то глубоко внутри мне неприятно думать об их свадьбе со Светкой. Нервно внутри. Складываю аптечку, а из рук все падает. Майор продолжает сидеть на лежаке, а мог бы уже встать и уйти.









