1
0Да, по меркам адептов, он сам мало чем отличался в вопросах возраста от Лэтэи. Что такое один век на фоне тех, кто эти века измерял десятками.
И все же.
— Я знаю, — кивнула она. — он всегда был таким.
— Позволите?"
"Места было достаточно, чтобы сесть куда угодно, но в такие моменты человеку, порой, требовалось, чтобы рядом находилось какое-то другое живое существо. Не важно — разумное или нет. Мыслящее или не очень.
Просто чтобы кто-то был рядом.
Лэтэя чуть отодвинулась.
Хаджар благодарно кивнул и сел рядом.
От неё приятно пахло. Чем-то сладким, но не терпким. Какими-то фруктами, чей вкус Хаджар никогда не знал. И цветами. Садовыми. Ухоженными.
Так они и сидели какое-то время.
Иция, позади, несла дозор. Жребий, на эту ночь, выпал именно ей.
— Кассий всегда был рядом, — нарушила, наконец, молчание принцесса. — С самого детства. Как себя помню.
Хаджар молчал. Слушать было куда важнее, чем говорить.
— Мое первое воспоминание, это то, как я вбежала в лекарскую, — улыбнулась девушка каким-то своим воспоминаниям. — Сбежала от няни. Она опять пыталась научить меня письму, а мне хотелось бегать — резвиться. Вот я и побежала. А там…
Хаджар легко представил, что могло твориться в лекарской столь жаркого и скоро на расправы региона, как Чужие Земли.
— Мы тогда враждовали с семьей Элнадир. Со старого языка это переводится, как…
— Осенний Цветок Бурана, — перевел Хаджар.
Лэтэя кивнула.
— Не знала, что во внешних землях помнят старый язык.
— Я люблю читать легенды прошлого, — ответил, хоть вопроса и не прозвучало, Хаджар.
— Кассий тоже любил, — вздохнула Лэтэя. Она крутила в руках цветок ромашки. — Он мне часто их читал перед сном, чтобы я могла заснуть. Про юношу, сделанного изо льда. Про девочку, говорящую на языке солнца. Про Горшечника и его Возлюбленную. Про битву со Врагом всего Сущего.
— Хорошие истории.
— Хорошие…
Они снова на какое-то время замолчали.
— Я тогда сперва испугалась, — Лэтэя продолжила с того места, где и прервала рассказ. Будто и не отвлекалась. — Все в крови. Кричат. Кто-то без рук, другие без ноги. Я тоже закричала. А потом, вдруг, меня кто-то обнял. Прижал к себе. Сказал, что все хорошо и что это просто кошмар. Я тогда подумала, что это тоже лекарь — весь в белом был.
В битве с Кассием, Хаджар почувствовал застарелые раны на энергетическом теле воина. Видимо так он и вышел на пенсию — Почетный Воин… скорее Почетный Калека.
— Он был мне как дедушка, — улыбка Лэтэи стала чуть теплее. — Ты не подумай, у меня хорошие отношения с отцом и матерью. Да и старейшины клана меня всегда любили, но…
— Рядом был именно Кассий.
— Всегда, — кивнула леди. — С самого первого дня. Он дал мне мое первое копье. Посадил в седло. Научил играть на Ронг’Жа…
Сердце Хаджара слегка дрогнуло.
