Охотясь на Аделин

В некоторые ночи я рассказывала ему о том, что со мной делали в том доме, в том числе и то, что Ксавьер полосовал меня ножом, пока насиловал.

На мгновение я впадаю в панику, страшась, что он остановится перед упоминанием, что моим телом пользовались другие мужчины. Напрягшись, я жду проявления отвращения. Я бы не стала винить его, если бы он испытывал его, но это все равно разбило бы мое сердце.

Но вместо этого он переворачивает нож так, что его острие оказывается в его ладони. Он проводит рукояткой по моему бедру, нежно и дразняще. Страх начинает рассеиваться, мои кости пропитывает облегчение.

Теперь я не чувствую ничего, кроме предвкушения и томительной настороженности.

Самолет снова попадает в зону турбулентности, наглядно иллюстрируя, что испытывает мое сердце.

– Ты знаешь, что возвращение украденного у тебя может помочь справиться с травмой? – спрашивает он.

– Да, – шепчу я.

– И если что-то причинило тебе боль в прошлом, то придание этому нового смысла может помочь.

Он поднимает глаза и пристально смотрит на меня.

– Хочешь, я покажу тебе новое назначение этого ножа?

Я колеблюсь, но все-таки киваю головой. Страх другого рода овладевает моим телом – тот, который всегда меня притягивал. И которого мне так не хватало.

– Подними платье, – сурово требует он, глубоко и хрипло.

Я поспешно исполняю его приказ, задирая ткань достаточно высоко, чтобы обнажить вершину бедер.

Его ноздри раздуваются, и на мгновение он сжимает челюсти, после чего приказывает:

– Теперь обхвати мою руку.

Нахмурив брови, я делаю то, что он говорит: беру его ладонь, крепко обхватывающую лезвие.

– Не хотелось бы порезать твои красивые пальчики. Так что ты будешь направлять меня.

Качаю головой, чувствуя, что уже готова пойти на попятную.

– Я не трону тебя, – обещает он. – Ты все контролируешь, маленькая мышка. Я здесь только для того, чтобы уберечь твою ладонь. Вместо того, чтобы позволять этому ножу причинять тебе боль, используй его, чтобы доставить себе удовольствие.

Мое горло сжимается, и я испытываю сильнейшее желание сбежать. Но именно это чувство и удерживает меня на месте.

Кивнув, я веду его руку вверх, и мое дыхание сбивается, когда рукоятка скользит по моей щели.

Зейд внимательно следит за моими движениями, стиснув зубы, мышцы его челюсти пульсируют. По его запястью начинает стекать кровь, и по необъяснимой причине я сжимаю его руку еще крепче, пуская новые струйки. Из глубин его груди раздается рык, но он не останавливает меня.