2
0Поспешно натягиваю ниже край водолазки, чтобы не светить попой.
Что ты делаешь, Николь?? Провоцируешь?
Нет… я соблазняю!.. И мне стыдно и горячо.
Слышу его шаги. Сердце колотится. Скрещиваю щиколотки, поднимаю ноги вверх, рефлекторно пытаясь спрятать оголённые бёдра. Его взгляд ощутимо ощупывает мои ноги и, очевидно, застывает между бёдрами под самым краем водолазки. Иначе, отчего там такое ощущение, словно в меня вдавились пальцами!?
Закрываю глаза, неровно выдыхая на страницы. Чувствую, как он делает несколько шагов ближе. Меня словно размазывает по кровати его тяжёлой мужской энергетикой.
На улице потемнело, и я, подняв глаза, ловлю его отражение в стекле окна. Боже! Да он голый. Только на бёдрах полотенце.
Аааа… Что-то я не готова к таким раскладам!
Трусливо сворачивая операцию по соблазнению и придерживая водолазку, чтобы не светить трусиками, встаю с кровати. Мне страшно даже взглянуть в его глаза! Но я поднимаю взгляд, медленно скользя им по мужскому телу. Глаза застывают на тату. Саша делает шаг назад. От этого всё внутри у меня сжимается, и мой страх перед ним, как мужчиной, отступает на задний план.
Я сама делаю шаг к нему. И ещё один…
— Это крылья… — вдруг удаётся мне рассмотреть рисунок, и шрамы перестают резать глаза.
Медленно тянусь пальцами к рисунку. Замечая, как колотится его сердце, и грудная мышца подрагивает от этого биения. Касаюсь его, как завороженная обрисовываю пальцем рисунок.
— Ты никогда… не сможешь говорить?
Он неуверенно пожимает плечами, его ресницы падают вниз на мгновение, пряча от меня горячий взгляд. Едва прикасаясь, он ведёт пальцами по моему лицу. Бровь… скула… большим пальцем по нижней губе…
Я всё понимаю без слов.
Между бёдер сжимается оглушающей сладкой судорогой. Гася стон, прикусываю губу. Господи… Я в обморок сейчас грохнусь от этой волны чувственности, что топит меня!
Закрывая глаза, он касается своим лбом моего, и мы оба тяжело дышим в губы друг другу.
Ника, нет! Нет… Нет… Так ты от него ничего не добьёшься!
И за секунду до столкновения губ я чуть поворачиваю в сторону лицо и прижимаю палец к его губам, тормозя попытку поцелуя.
— Подожди… — шепчу, задыхаясь. — Стой…
Опускает взгляд, брови хмуро съезжаются к переносице. Руки падают вдоль тела. Но я вижу, как чувственность перетекает в агрессию — его губы чуть заметно вздрагивают в голодном нетерпеливом оскале. И слышу, как щёлкают костяшки на его пальцах, когда он сжимает их в кулаки и расслабляет несколько раз подряд.
От адреналина мне становится жарко!
— Саша… — сбивчиво дыша, шепчу я, поглаживая теперь сама его нижнюю губу. — Нет!..
