2
0Получилась почти полноценная казарма.
Рвачи обустроились быстро. Кто-то патрулирует территорию по периметру. Другие парят в воздухе над крышей, держат склад под контролем с воздуха, создавая сетку из наблюдателей. Видно, что отряд уже в рабочем режиме.
Моя карета въезжает на территорию. Я выхожу и окидываю взглядом происходящее. Всё привычно — и вдруг глаз цепляется за одного из патрульных. Он явно выделяется. Тёмная кожа, серые крылья. Чёрнокожий херувим. Я невольно усмехаюсь про себя:
«Словно попал в толерантный Дисней».
Любопытство подталкивает подойти ближе. Он замечает меня и останавливается.
— Брара, — делает поклон. — Ганнибал, к твоим услугам.
— Привет. Слушай, а расскажи-ка, как так получилось, что ты здесь? — Я прищуриваюсь. — С такой индивидуальной внешностью. Единственный чернокожий херувим в радиусе сотен километров.
Он улыбается белыми зубами.
— Брара, я — метис. Мать у меня с вашего мира, встретила отца — херувима. История старая, как сам мир."
"Я приподнимаю бровь. Вполне логично. Ангелы фигурируют в легендах всех народов — от Ближнего Востока до Скандинавии. Видимо, не на пустом месте. Похоже, херувимы и правда когда-то заглядывали в наш мир.
— Брара! — возникает рядом капеллан Рома. — Большая честь видеть тебя! Что насчет патрулирования Сторожевого города? Мы же должны искать… ну того багрового зверя, — смущается он.
Я киваю на казарму:
— Погоди с патрулированием. Ваш «Багровый зверь» никуда не денется, — от меня так точно, хех. Моя тень — его дом. — Сначала мне нужно кого-то из вас просканировать. Надо понять, что за психическое безумие имел в виду лорд Эрос. Выбери любого.
— Ганнибал, пойдём, — зовёт его капеллан Рома.
В казарме я опускаюсь на кровать и, не теряя ни секунды, начинаю сканировать застывшего передо мной огромного Ганнибала. Почти сразу внутри отзываются тонкие, туго натянутые психические струны — чувствительные, как жилы под током. Я осторожно касаюсь одной из них, подтягиваю, словно пробуя — и сразу чувствую, как она начинает дрожать.
И в следующий миг херувим взрывается. Его глаза наливаются кровью, мускулы становятся каменными, лицо искажается в маску чистой, ничем не сдерживаемой ярости. Он резко взмахивает руками и бросается на меня всей своей массой.
Сбоку уже вскакивает капеллан Рома, стремясь вмешаться, но я даже не смотрю на него. Спокойно, без повышения голоса, бросаю по мыслеречи:
— Не вмешиваться.
В следующий момент я, перетекая в стойку, перехватываю Ганнибала за руку, ловлю удар, разворачиваю и прижимаю к туловищу, гася инерцию. Он сопротивляется, но я ловким приёмом кладу его на землю лицом вниз. Аккуратно, чтобы не поломать ни руки, ни ноги, ни крылья. Потом же мне же и лечить, если что.
