0
0
Кто не понимает? Я не понимаю? О, нет, дорогой, я-то как раз отлично понимаю, что делаю! А вот ты, похоже, не очень…
Вслух же растерянно пролепетала:
— Но почему?.. Я тебе неприятна?
И почувствовала, что меня начинает потихоньку потряхивать.
— Не говори ерунды. Ты очень красивая…
Он вздохнул, глядя, как мои глаза наполняются слезами. Тихо выругавшись, шагнул почти вплотную ко мне. В его руке появился платок. Я не заметила, откуда он его взял. Только шмыгнула носом.
Габ промокнул платком мои слезы.
— Ты убиваешь меня, — пробормотал еле слышно.
Уже второй раз мои слезы так обезоруживающе действуют на него.
Я схватила Габриэля за руку. Заглянула в глаза.
— Убиваю? Но чем?!
— Своим… своей…
Он не договорил. Его губы оказались так близко, что я не сдержалась. Да сколько можно ходить вокруг да около, не решаясь сделать единственный важный шаг? И плевать, что будет потом!
Приподнявшись на цыпочки, я прильнула губами к его губам.
Габ отпрянул. Хотел разорвать нечаянный поцелуй.
Но только не в этот раз!
Я успела схватить его за плечи. Полотенце без поддержки свалилось с груди, растеклось вокруг ног мягкой лужицей.
И он застонал. Глухо, болезненно, безнадежно.
Руки Габа обвились вокруг меня стальными оковами. Вдавили в его тело так, что я прочувствовала каждую пуговицу на рубашке…
— Я не должен… Не должен! — раздался его лихорадочный шепот. — Ты не понимаешь, что творишь со мной!
Он шептал мне в губы что-то бессвязное, перемежая слова поцелуями. И поцелуи были такие же — торопливые, резкие, будто он боялся, что не успеет.
Я уже стаскивала с Габриэля рубашку, когда он подхватил меня на руки. Один мой вдох — и я уже лежу на кровати, утонув в кружевах и подушках.
Я поймала его голодный взгляд. Улыбнулась краешком губ. Оплела руками за шею и притянула к себе…
В моей голове зазвонили колокола… Радостно-торжественные, звучные.
В соседней комнате громко всхрапнула Гелла.
Колокольный звон оборвался, оставляя внутри сосущую пустоту.
Габриэль замер.
Уткнулся носом мне в шею и замер. Потом шумно втянул мой запах, медленно отстранился и поднял голову. Вид у него был ошалевший. Волосы растрепались, в глазах клубится золотая пурга, рубашка съехала с плеч, открыв идеальный торс.
Он моргнул. Взгляд сфокусировался на мне, стал осмысленным. И наполнился узнаванием.
— Все твари Разлома! — тихо ругнулся Габ. Огляделся и вновь посмотрел на меня. — Этого не должно случиться. Извини, я… гхарр!..
А я мысленно застонала. Как же все не вовремя! Не могла Гелла захрапеть часом позже?!
И что теперь? Он снова уйдет? После всего, что мы здесь вытворяли? Снова оставит меня?
Да что ж за глупый дракон!
Я не стала его удерживать.
