0
0— Есть здесь один старец-каноник, воистину одержимый двумя страстями: песнями Луиса Мариано и готической живописью. Вот с ним я и потолкую. Стало быть, опять выхожу на след, а?..
Не успели мы очутиться в комиссариате, как Пучадес со всех ног ринулся нам навстречу. Давно я не видел такого счастливого человека.
— Этот тип уже на изломе, а ведь мы еще не применяли допрос с пристрастием… Вконец запутался, сам себе противоречит. Вот-вот признается наконец, что убил эту девицу.
— А как насчет другого преступления? Хотите и его навесить на бедолагу?
— Всему свое, время, милый мой Буэнавентура…
— Если вы еще подзажмете гайки, он признается, что давно уже работает на Моссад, собственноручно шлепнул генерала Прим…
— Ну, эта сторона деятельности нас пока не интересует. Возможно, первое убийство не на его совести; просто, зная обстоятельства, Фидель сработал под вампира.
— Убийство на почве страсти исключает продуманную, скрупулезную подготовку.
— Вовсе нет, ты же сам прекрасно мне все растолковал. Убийство Фидель совершил в состоянии аффекта, потом, когда до него дошло наконец, жутко перепугался, а тут на память пришла дядюшкина болтовня… Оно, конечно, — может, и противно кусать покойницу, да своя-то рубашка ближе к телу… Словом, задумано ловко, да не на тех он напал, верно?
— Какое там ловко… Я, если хочешь знать, уверен, что оба эти преступления напрямую связаны с тем, что случилось здесь пятнадцать лет назад.
— Нашел, когда прошлогодний снег вспоминать! Нет, уж лучше синица в руках, и я ей головку набок сверну… А то Родригес вон филином смотрит.
— Ты еще рассчитываешь на меня? Тогда подскажи, где разыскать ту птичку, которой перышки потрепали, да неудачно.
— Э, вон ты куда, — мрачнеет Пучадес, — подожди, я сейчас.
На мгновение выглянув в коридор, он плотно закрывает дверь кабинета. И только после этого оборачивается ко мне.
— Все уж быльем поросло, а ты, значит, решил выйти на след той бабы? Да она уж небось давно бабушка!
— Это роли не играет. Мне нужны двое: она и бывший комиссар Пуэртолас. Встреча с ними все и решит.
— Черт с тобой, — сникает Пучадес. — Эту мокрицу зовут Соледад Тибурсио, больше нам ничего не известно…
— Ровным счетом… Ну, вроде бы живет в Барселоне, а сестрица ее — здесь, в квартале Вирхен дель Климатерио… Все. А о комиссаре Пуэртоласе забудь — не было такого, понял?
Я все понял, но ничего не забыл, и первым делом отправил Суси в гости к местным коллегам — поспрашивает одного-другого, глядишь, что-нибудь путное и наскребется. Ну, а нужную мне информацию удалось раздобыть у первой же овощной лавки.
Квартал Вирхен дель Климатерио целиком состоит из блоков дешевых построек, этажи здесь лепятся, как соты в ульях.
