Дьявол кроется в мелочах

Взявший над ней шефство Федор Иванович за руку водил ее между приемной комиссией и нужными аудиториями, подкармливал шоколадом, поил чаем на кафедре.

Был он профессором истории, и Лена, его внучка, тоже закончила исторический факультет и теперь работала в областной картинной галерее искусствоведом. Если быть совсем точной, то сейчас она нигде не работала, а сидела дома, в отпуске по уходу за ребенком, и ее пример был для Сони спасительным лекарством, когда на нее наваливалось уныние по поводу своей неприкаянности и отсутствия детей. Лена вышла замуж в тридцать шесть лет, а родила в тридцать семь, так что Соня говорила себе, что у нее самой еще есть в запасе время.

Лениного мужа она видела только один раз, когда поздравляла молодоженов со свадьбой, и он ей понравился — солидный взрослый мужик, полковник полиции, занимающийся расследованием преступлений, связанных с кражами произведений искусства. Они с Леной и познакомились, когда расследовалось одно такое дело, и мечтательной Соне это казалось ужасно романтичным, и она иногда мечтала, чтобы в ее жизни тоже было подобное приключение[2].

У Лениного супруга имелся собственный деревянный дом на берегу Волги, но там шел перманентный ремонт, а жили они все-таки в квартире Федора Ивановича, потому что оставлять свой кабинет и свои книги старик отказывался наотрез, а бросать его в одиночестве в восемьдесят девять лет было бесчеловечно, и Лена никогда бы так не поступила.

В общем, сейчас Соня находилась в кабинете Федора Ивановича. Он сидел за письменным столом, в своем кресле, потому что до сих пор работал, писал научные статьи, которые с удовольствием принимали толстые журналы, в том числе и за границей, а она примостилась на гостевом стуле напротив, улыбаясь сидящей на диване Лене, которая уложила сына на дневной сон и примкнула к их разговору.

Невооруженным глазом было видно, что Лена ждет второго ребенка. Для Сони это было новостью, и за приятельницу она обрадовалась. Лена выглядела уставшей, но довольной.

— Все-таки почти в сорок лет носить ребенка тяжело ужасно, — пожаловалась она, но глаза ее счастливо сияли, не скрывая истинных чувств по поводу второй беременности.

— А вы уже знаете, что девочка будет?

— Знаем, да. — Лена погладила свой округлившийся живот. — А ты как живешь? Совсем к нам дорогу забыла. Ты по телефону сказала, у тебя к деду дело. Случилось что-то?

Лена умела видеть суть вещей, и Соне вдруг стало стыдно, что она действительно не ходит к Золотаревым «просто так», только по делу. Впрочем, стыдиться сейчас было некогда."

"— Федор Иванович, — сказала она решительно, — мне нужна ваша помощь.