"
"Подобная стойкость характера независимо от формы ее проявления всегда вызывала у Лаврецкого уважение, поэтому он улыбнулся девушке довольно доброжелательно. Поползновений в его сторону не делает, и ладно. Пусть работает дальше.
В ответ на его улыбку девушка дернулась, да так сильно, что вода из лейки потекла тонкой струйкой не в цветочный горшок, а на пол. И с чего это бы ей так нервничать?
Феодосий прошел в свой кабинет, повесил в шкаф куртку, сел за стол. Где-то в затылке опять возникло ощущение, нет, не опасности, скорее тревоги. Уж где-где, а в кабинете ему точно ничего не угрожало.
Феодосий осмотрелся по сторонам, чтобы понять, отчего у него холодеет затылок и свербит за грудиной. Так, в ЕГО кабинете совершенно точно был посторонний. Лаврецкий и сам не смог бы объяснить, откуда у него взялась такая уверенность, но в том, что здесь побывал кто-то чужой, не было сомнений.
Он вскочил со стула и прошелся по кабинету, медленно, как волк, поворачивая голову и внимательно осматривая все до мельчайшей подробности. Открыл все дверцы и выдвинул все ящики. Так, из шкафа со стеклянной дверцей исчезла початая бутылка коньяка и две рюмки.
В груди чесалось и свербило, потому что отгадка была совсем рядом, но хлопнула дверь, и Феодосий сразу отвлекся от своих размышлений, недовольно посмотрел на вошедшего.
— Чего тебе, Костя? — недовольно спросил Лаврецкий, потому что загадка случившейся в его кабинете идиотской кражи волновала его сильнее, чем он готов был признаться даже самому себе.
— Феодосий Алексеевич, я тут небольшое расследование провел, — сказал тот тихо и решительно одновременно.
— Что ты сделал?
— После того случая со стрельбой на стоянке я решил проверить все компьютеры, — ответил Костя.
— Ну и что, нашел что-нибудь? — спросил Лаврецкий с внезапно возникшим интересом.









