XVII. Де Брас

Одна выскочила прямо передо мной с ночным горшком в руках, чуть не налетев и не расплескав содержимое, что-то негромко пискнула от страха и присела в глубоком книксене, склонив голову.

Я отшатнулся в сторону, но вроде уцелел, и лишь отмахнулся, стараясь держаться подальше.

Наконец, я дошел до закрытой части крыла и тут же наткнулся на братьев Дюси.

Люка и Бенезит вольготно развалились в просторных креслах прямо у входа в апартаменты графини и играли в кости, попивая вино из древних замковых кубков.

Увидев меня, они резво вскочили на ноги.

— Ваша милость, господин барон, во вверенном нам крыле все спокойно! — отрапортовал Люка.

 — Пленница находится под неусыпным контролем, никаких происшествий не было!

— Никак нет! Вина вдоволь, еда вкусная. Скучновато только…

— Да речь не о вас! У графини жалобы имеются?

— Ах, у графини, — Люка почесал затылок, — эта женщина постоянно требует то одно, то другое. То свежие фрукты, то козий сыр! Если сыр мы еще можем отыскать, то где я осенью найду виноград? Благо, Бернадет, служанка, помогает — кушать подает, одеться-раздеться даме, да хотя бы тот же горшок ночной выносит! Без нее было бы совсем туго! Вот только что вышла из комнат госпожи, опять ее отправили за чем-то необычным! Бедолага, совсем измучилась!.

.

Речь, очевидно, шла о той девушке, которая чуть было не налетела на меня с тем самым ночным горшком и не запачкала мои одежды.

— Откройте дверь, хочу взглянуть на графиню!

Бенезит зазвенел увесистой связкой ключей, долго подбирал нужный, наконец, отпер первую дверь и мы вошли в короткий коридор, в конце которого за тяжелыми портьерами скрывался вход в тюремную камеру графини. Впрочем, это была не камера в прямом смысле этого слова, а лишь зарешеченная комната с крепкой дверью, из которой было невозможно выбраться, даже если ты гимнаст.

Бенезит открыл и вторую дверь, а сам остался в коридоре, Люка же вошел со мной, но вглубь комнаты не пошел, решив ожидать у двери.

Комната леди Карлайл была, как мне показалось, обставлена комфортнее любого другого помещения, что я видел прежде в замке. Откуда-то притащили толстый ковер, задрапировали стены, подвесили несколько картин, поставили пару диванов и кресел, да и кровать в углу выглядела солидно — мощные дубовые ножки, толстая перина, теплые шкуры и одеяла поверх.

В углу отгороженная ширмой часть под уборную.

На столике посреди комнаты лежали фрукты, стоял кувшин с вином, несколько отрезов сыров.

Хорошо устроилась Люси! Не плен, а санаторий!

— Леди Карлайл, не пугайтесь, я к вам ненадолго! Нужно поговорить…

Люси молчала. Она лежала на кровати, отвернувшись от меня к стене, и, кажется, дремала. Я не хотел ей мешать, но и особо церемониться не собирался. Поэтому подошел вплотную и слегка потряс за плечо.