Все ради тебя (СИ)

Почему-то я хочу, чтобы он улыбался, когда со мной общается…ты дура? Вопрос, конечно, риторический. Всем ясно, что да...

В груди становится теплее. Ты волнуешься за меня?

Пару раз моргнув, с силой выдираюсь из воспоминаний, где потекла точно масло на солнце. Мне до сих пор печет от его проклятых сообщений! Где-то на уровне ребер, точнее глубже. А если еще точнее, то непременно в самом центре моей души.

Моргаю еще, откидываю волосы назад и говорю, чтобы хоть как-то отвлечься.

— Господи, ну что ты делаешь?!

Паша резко поднимает на меня глаза и дергает головой, будто это был самый глупый вопрос на свете.

— Боевую машинку-робота. Не видно что ли?!

Действительно. Мы в пятизвездочном ресторане на семидесятом этаже. Вокруг люди в лучших нарядах от ведущих брендов. И мы. Нет, не так. Я и он. Потому что мне хватило ума одеться прилично, а не в драные джинсы и черную, потертую футболку! А еще, конечно же, хватило ума не раскладывать детали от своей гипотетической машинки-робота по столу с дорогущим фарфором и серебром.

— Лиза! Ты отвлекаешь меня!

Простите-извините, твою мать!

Отпиваю шампанского, незаметно кошусь в сторону на присутствующих.

Конечно же! Ну, разумеется! На нас все исподтишка глазеют. Дохожу до стола Салмановых, где сейчас сидят оба брата, Катя и Алишер — оттуда пялятся не украдкой! Катя вон вообще сейчас лопнет от смеха.

Катя глупо и раздражающе хихикает.

Через мгновение происходит очевидное. Катя начинает громко ржать, откинув голову назад, я молча качаю головой, а наша Примадонна ведет плечами и шипит под нос.

— Ну что такое, а?! Это ресторан или цирк?! Зачем так громко ржать?!

Что на это ответить — без понятия. Я тупо дергаю руками, даже не знаю, кому это адресую: всевышнему разве что.

И в самом деле. Это ресторан или цирк?!

Мне остается только снова наблюдать за ним, и это все-таки приятно…Нет, серьезно. Несмотря ни на что — приятно. Он так увлечен своим делом…чем бы он там ни занимался. Всегда круто наблюдать за человеком, который дышит тем, что делает…

— Паш, твои пельмени принесли…

Резко поднимает на меня глаза и отсекает твердо.

Не обижаюсь вообще. Только улыбаюсь шире, а еще себя в нем узнаю…я ведь также себя веду, когда рисую…

Так проходит еще полчаса.

Я на него смотрю дурой, иногда дергаю, чтобы позлить, но больше все-таки молчу. В какой-то момент мне неизбежно становится немного скучно, и я откидываюсь на спинку стула, разглядываю народ. Они уже тоже потеряли всякий интерес, о чем-то оживленно беседуют, а я медленно скольжу по залу дальше.

Пока не сталкиваюсь с тем, с чем сталкиваться себе не разрешаю. Но такова жизнь — ты мало что можешь по итогу…

Он смотрит на меня не отрываясь. Медленно подносит бокал с виски к губам, глаза горят, как тысяча бриллиантов.