Все ради тебя (СИ)

Но здесь есть старуха, которая знает секрет. Которая ловко им бравирует и думает, что верховодит.

Я не позволю свести Адама с ума, и сдохнешь ты не от страха перед оружием в его руках. Потому что руки будут моими, но держать будут не пистолет, а эту самую тайну. Твою тайну. Думаю, даже их ворох, если честно.

Я это чувствую, когда гаснет свет, и зажигается сцена.

Укладываю руки на мягкую преграду партьера. Она красная, как кровь. Яркая. Но я ее не боюсь, потому что знаю, что правда на моей стороне, а значит, и победа тоже. К тому же, у меня действительно есть причины забрать эту самую победу, и они гораздо более весомые, чем у нее.

— Я очень тебя люблю, — вдруг слышу тихий шепот на ухо, а потом легкое прикосновение к позвонкам.

Адам не спешит сближаться, хотя я знаю, что хочет. Он всегда хочет меня касаться, и сейчас для него мука этого не делать.

Он же обещал не давить...

Поворачиваюсь лицом к нему, сталкиваюсь с его яркими глазами. Они так пылают, что у меня сердце нисходит на бег, полет! А внизу живота все резко обрывается и тяжелеет.

Господи, какой же ты красивый...я так хочу ощутить твои прикосновения, что не могу сдержаться.

Подаюсь вперед, нежно касаюсь губ, но поцелуй выходит почти целомудренным. Адам его не углубляет, а я не настаиваю. Прижимаюсь к его лбу своим и несколько раз киваю.

— И я тебя, — шепчу в ответ, — Спасибо, что не сдался, малыш. И что стараешься...

— Спасибо, что поверила в меня, Рассвет. Я ради тебя на все готов, и с каждым днем это ощущение только крепнет.

Я знаю... потому что вижу. Ты не тот человек, которого я видела в высотке на рубеже тринадцатого месяца. Ты уже не тот...

Эта маска была уничтожена первой.

«Как все тайное стало явным»

Мое утро начинается с неприятного.

Это мне говорит Паша, который «держит руку на пульсе», когда заходит ко мне в комнату в очередной раз без стука. Я как раз вышла из душа и досушила волосы, так что сидела перед зеркалом, где и столкнулась с ним взглядами.

Он был хмурым. Очень-очень хмурым и злым. Паше не нравится все то, что я делаю, но он понимает. В моих словах ведь есть доля правды, вот она — перед нами. Изи прошла контроль и сейчас заказывает такси, так что скоро будет у Салмановых.

Я в этом не сомневаюсь. Знаю.

С того вечера в опере прошло три дня — ей немного надо.

Киваю и звоню Анисе. Она постоянно на связи, все ждет, когда я к ней приеду — очень хочет поболтать, но пока я отказывалась. Ждала. Этого часа. Нет, конечно, ей я рассказывать ничего не планирую, но дом родителей Адама — самое безопасное место. Да и мне не надо, чтобы эта тварь подловила меня где-то в другом месте, а она подловит. Я это тоже знаю. Чувствую.

— Ты готов? — тихо спрашиваю Пашу, он ухмыляется.

— К чему там готовится, господи боже? Естественно!

Вот и договорились.