Врачебная ошибка

Тем не менее в целом мы все мирно сосуществовали.

На улице шел дождь, поэтому я провела Карпухина в гостиную, где с самого утра Раби разжег большущий камин. Я мечтала о таком, в юности читая английскую классику, где непременным атрибутом поместья каждого уважающего себя джентльмена являлся камин. Теперь он у меня был, и я любила проводить время, читая на диване напротив него или же просто глядя на огонь. Подполковник опустил свое массивное тело в мягкое кресло и блаженно вытянул ноги.

– Лепота! – пробормотал он, прикрывая глаза. – Может, мне тоже за город перебраться?

– Давайте, Артем Иваныч, – кивнула я.

 – Поближе к нам, чтобы не приходилось в такую даль ездить!

– Да ну, всего-то каких-то двадцать километров – разве это расстояние?

Пора было переходить к делу, и я поделилась с подполковником информацией, от которой меня так и распирало.

– Вы правильно сделали, что позвонили, – заметил он, когда я закончила. – Все это может оказаться совпадением, а может…

– А сын Киры Шемякиной нашелся? – перебила я, тоже желая узнать новости.

– В том-то и дело, что нет. И, Агния Кирилловна, все немного не так, как казалось поначалу.

– Что вы имеете в виду?

– Судмедэксперт обнаружил в крови Шемякиной большое количество хлороформа, около… погодите, – Карпухин вытащил из кармана изрядно помятую бумажку, – около четырехсот пятидесяти миллиграмм на литр крови – и, заметьте, прошло прилично времени с момента смерти! Кроме того, на теле имеются признаки раздражения кожных покровов, что патолог также приписывает отравлению хлороформом. Вы сказали, что ваша заведующая обнаружила странности при списании Шемякиной медикаментов – был ли среди них хлороформ?

– Хлороформ токсичен и уже много лет не применяется в анестезиологии.

Раньше этот метод ингаляционного наркоза был популярен, особенно при родовспоможении, но после открытия эфирного наркоза и других способов хлороформ используется только в качестве растворителя. Не знаю, есть ли он вообще на складе!

– По всему выходит, что Шемякина никак не могла покончить с собой, сунув голову в духовку: смерть наступила от передозировки хлороформом и еще одним препаратом под названием… – он снова уткнулся в свою бумажку, – налоксон.

Что, кстати, за зверь такой?

– Налоксон применяется для лечения наркозависимых… То есть вы имеете в виду, что… Киру убили?

– Но кому это могло понадобиться?!

– На данный момент я вижу троих кандидатов.

– Во-первых, сын Киры, Станислав Шемякин, наркоман со стажем. Я опросил коллег вашей медсестры, и они рассказали, как Шемякина намучилась с ним, какие скандалы происходили в их квартире, как полицию чуть не через день вызывали…

– Надо же, а я ничего не замечала! – пробормотала я.