0
0— Извольте обождать, сей момент…
Половой вышел. Оставшись один, щеголевато одетый мужчина внимательно оглядел кабинет: стол, накрытый пожелтелой скатертью, венские стулья, небольшой диванчик с продавленным сиденьем, грязноватое окно, выходящее на глухую стену соседнего дома.
В другом конце комнаты что-то скрывали тяжелые портьеры, пыльные, давно потерявшие цвет и оттого казавшиеся темно-серыми. Он подошел, раздвинул их. Увидел дверь. Подергал ручку — заперта. Наклонился к замочной скважине. Ничего не видно.
Незнакомец вернулся к окну, попробовал открыть раму. Нет, не поддается — забита наглухо гвоздями, а форточка? Форточка открылась.
Он высунул в нее руку с носовым платком и помахал, словно вслед уходящему поезду…
Половой, выйдя из кабинета, быстро спустился по лестнице, подскочил к стойке, нагнулся через нее ближе к буфетчику.
— Пусть идут… — прохрипел тот. — Да поспрашивайте, может, скажет чего? Но не тяните особо. И тихо. Приберешь потом. Посмотрел?
— Без оружия он, — кивнул Филимон. — Всего ощупал.
— И то… Может, грех на душу берем, но покойник Псих с того свету никого прислать не мог… Кончайте! — буфетчик махнул полной рукой, перевязанной в кисти несвежим бинтом.
Незнакомец обернулся на звук открывшейся двери. В кабинет вошел вертлявый молодой человек в клетчатом костюме и желтых, ярко начищенных башмаках. Плотно прикрыв за собой дверь, он прислонился плечом к косяку, нехорошо улыбаясь.
Раздвинулись пыльные портьеры, скрывавшие запертую дверь в глубине комнаты, и в кабинете появился мрачный мужчина в темной косоворотке с белыми пуговицами, плотно обтягивающей его вислые плечи. В руках он вертел смоленую бечевку.
Щеголь в серой тройке спокойно наблюдал за ними, стоя у окна.
Молодой человек в клетчатом костюме почесал мизинцем около рта и скучно предложил:
— Что рассказывать? — не понял незнакомец.
— О себе, сволота легавая.
— Ты меня так не называй, — ласково посоветовал мужчина в серой тройке, — а то потом прощенья просить придется.
— Шустрый, покойничек… — зевнул клетчатый. — Давай кончать, Смурый!
Он шагнул к незнакомцу, быстро достав из кармана узкий нож.
Половой, притаившийся за дверью, скрытой портьерами, прилип к замочной скважине…
— Ты Татарин? — рослый человек в темной суконной паре стоял перед буфетчиком.
«Просто нашествие какое-то, — подумал буфетчик. — Прорвало их сегодня, что ли? Всем Татарин нужен».
— Чего надо? — недовольно буркнул он.
Опустив глаза, буфетчик увидел, что в живот ему направлен ствол нагана. Сердце ёкнуло и прыгнуло вниз: «Конец!»
Он положил медленно руки на обитый жестью прилавок. Рослый мужчина ловко запустил длинную руку к нему под фартук и выудил револьвер.
