4
0– Я – разведчик, а ты у нас ценный… – Это какая-то пакость, это какая-то редкостная пакость! – Давай за мной.
– Направо, кричали там.
Больше не орут, но не пригрезилось же! Свет из комнаты хоть как-то, но освещает ближайшую часть коридора, пол и стены вроде в порядке, потолка не разглядеть, высоко, но вроде ничего не сыплется и не трещит. Фонарь бы! Ишь, размечтался. Свечами обойдемся, благо только что новые зажгли, и шандал удобный – если что, и приложить можно. Опустить пониже, и по пятну света, как по бродячей кочке через мармалючье болото. Шагнул, замер, послушал, шагнул, замер, послушал… дыханье только свое и Валентина, ни скрипа кожи, ни звяканья.
Стук… Тишина превращает его в грохот, кто-то колотит кулаками по дереву. Уже легче.
– Не бежать! – кому это он, себе или Придду? Вроде и близко, а как же далеко! Озерцо света под ногами, желтое, светящееся, и в нем дубовые прямоугольники, проваливаться некуда – не церковь, а вот брошенный нож или пулю поймать можно, угол впереди самый для этого подходящий. Значит, загораживаем Валентина, потому что… Да потому что гадам нужен он! Вот и дверь, наконец-то!
– Господин капитан, это вы?
– Арно! Четыреста раз тебе говорить? Живой?
– Да.
И опять. Вынести руку с подсвечником, посветить, прислушаться, шагнуть, и снова. Младший больше не орет. Успокоился? Вот смеху будет, если ему мармалюка приснилась. Ха, а светильники тоже нечисть потушила? И с дверью Клауса заодно намудрила, и со звонком. Вот и спальня младшенького. Успокоиться и весело так, со смешком:
– Эй, это ты всех перебудил?
– Собственной персоной. Открывай!
– Не могу! Не открывается… У меня был человек…
Дверь заперта на ключ.
– Был? Значит, сейчас нет?
– Он ушел через окно. Думал, я сплю, а я проснулся. Он очень, очень высокий…
– Может, тебе приснилось?
– А почему я выйти не могу? Господин виконт…
– Я не видел… он окно открывал, когда я проснулся. Стукнуло, и я проснулся, холодно, и он…
– Сейчас окно открыто?
– Я сейчас попробую закрыть. Господин виконт, что с моими братьями?
– Клауса тоже заперли, Валентин тут. Давай живо в постель, а то простынешь! Господин бригадир, ты все слышал?
– Почти.
– А назад наш красавец не влезет?
– Вряд ли. Питер… Питер!
– Я его в постель отправил. А вот слуги оглохли, что ли?
– Нет, им просто не позвонили. Клаус попробовал, шнур оказался у него в руках.
– Монсеньор, – мяукнуло из-за двери, – с вами ничего дурного не произошло?
– Нет.
